Стоял тако-о-ой золотистый кумар! Как будто абмрозию вдруг решили не есть, а курить!
Они разворошили все близлежащие кусты, перемазались в пыльце, местами прожгли одежду, местами просто порвали, отгребли от фей и только после вспышки магии Патрика остановились.
– Что здесь происходит?!
– Эти курицы на нас напали! – возмутился Николас.
Тут же получил от «курицы» с фиолетовыми крыльями подзатыльник и надулся.
– Курицы не летают, придурок! – рявкнул Гийом.
– Ребята, мы же вас просили… – обреченным усталым голосом сказал Джинс.
Не закончил фразу и просто махнул рукой.
– А что, собственно, произошло? – спросил Патрик.
Заговорили все хором, причем по большей части речь состояла из слов «дебил!», «они первые начали», «ненавижу» и почему-то «задница». Когда из всеобщего потока сознания удалось выделить более-менее связную картину, я поняла, что международного скандала не избежать.
Джер и Ник снова поругались. Причину никто не знал, до поры до времени их перепалка никого не интересовала. Феи вели экскурсию, были милы, симпатичны и кокетливо стреляли во всех глазками, рассчитывая на чаевые. Неизвестно, о чем шла речь у наших голубков, но результатом ее стала попытка Джера доказать, что уж он-то в их дуэте настоящий мужик.
Тяжелое детство в трущобах, образ эдакого мачо вне закона и кипящая внутри «нелюбовь» к Нику привели его к потрясающему логическому выводу. Чтобы доказать, что ты мужик, надо повести себя как мужик.
– И он ущипнул за задницу ближайшую фею, – резюмировал Гийом.
У фей оказался более сплоченный коллектив, и они разгромили нас со счетом один ноль.
Патрик открыл рот. Я закрыла глаза.
Если бы я приняла его предложение о работе, то это было бы самое быстрое увольнение в истории.
– Патрик, я прошу прощения, – вздохнула я, чувствуя, что надо что-то сказать. – Мы… не хотели обидеть твоих фей и злоупотреблять твоим гостеприимством.
Несколько секунд, довольно долгих, – все же сказывался недостаток опыта, которым уже обладал Джинс, – Патрик пытался прийти в себя, а потом вымученно улыбнулся.
– Но, кажется, злоупотребить все же придется. Надо вас отмыть и переодеть. Иначе не избежать скандала. Давайте-ка быстро в дом, я распоряжусь, чтобы приготовили ванны.
– Ого! – Джинс едва слышно хмыкнул. – Он что, святой? Я бы вызвал стражей и отправил всех нас на две недели за решетку. А потом – депортация с позорной табличкой на груди.
– Вот поэтому, Джинс, ты и не миллионер, – фыркнула Вероника. – Наш амброзийный король запал на Ванессу. Вот как у тебя это получается? Ты даже не человек!
– Так все правильно, – влезла Алиса. – Она – друг человека. Многие предпочитают развлекаться с полукровками. Но женятся-то на нормальных.