Хэлмираш медленно понял голову и с прищуром посмотрел на старого друга. От такого взгляда Дармин поморщился и встал, не сумев подавить в себе желание увеличить дистанцию.
— Ты знал, да? — в надломленном голосе стража тренер слышал обвинение. Но ответить не успел, Хэлмираш не дал ему для этого времени, вновь переводя взгляд на камин и кивая сам себе: — Ты знал. Все эти двадцать лет ты знал…
— Знал! — Дармин почти рявкнул, но тут же сам сбавил обороты, выдохнул, несколько нервным ломанным движением проводя по лысой макушке. — И хотел тебе сказать сразу же, как получил эту информацию!
— Так чего же не сказал? — Хэлмираш продолжал таращиться на огонь.
— Подсказать, кто мне это запретил, или сам догадаешься? Тем более, что причины этого ты сам же пару минут назад озвучил, — вздохнул тренер, садясь наконец рядом с другом и тоже устремляя взор на камин.
— Сам… — выдохнул Хэлмираш.
— Но это никак не влияет на мой тебе ответ, — голос Дармина вернул себе отзвуки усмешки. — Насколько я знаю твою прекрасную жёнушку, она сюда не просто так вернулась, а за своей жизнью. Той, в которой есть ты, ваши многочисленные дети, её работа и прочее, прочее, прочее.
— Если только это действительно она, — страж склонил голову, словно защищаясь от вероятной ошибки.
— Ты мозги-то включи, — фыркнул тренер. — Тебе сам Эскель об этом сказал, а старший Гарахи никогда не говорит о своих ведениях того, в чём не уверен наверняка. Раз сказал, что она, значит, она.
— Мне бы твою наглую уверенность, — скривил губы в усмешке Хэлмираш, наконец отмирая и немного расслабляя напряженные плечи.
— Да бери и пользуйся, от меня не убудет, — Дармин со смешком похлопал друга по плечу. — Давай выдыхай, завтра всё встанет на свои места.
Хэлмираш кивнул, хотел что-то добавить, но тут его глаза покраснели, а лицо закаменело.
— О, всё, в транс ушёл, — отмахнулся тренер, поднимаясь. — Ставлю свою лысину против кудрей Дориарха, что сейчас тебя опять куда-то срочным образом вызовут.
— Эскель зовёт, — не обратил внимания на слова друга Хэлмираш. — У него на руках выкладки по межмировому порталу, который открыли последователи его бедового младшего братца.
— Спешу заметить, что этот бедовый спас твою вернувшуюся жену от пыток в камере, куда её поместил ты, между прочим, — безжалостно напомнил тренер.
— И именно поэтому ни одна сущность от меня не услышит о его возвращении.
Дармин проглотил уже заготовленную колкость, понимая, что в случае Хэлмираша подобное заявление попахивает предательством Совета, ведь именно страж до сих пор нёс прямую ответственность за культ, занимающийся старыми разработками Оркуса. И сокрытие факта возвращения младшего Гарахи может грозить очень многим для Хэлмираша, если об этом станет известно широкой публике или кому-то из Совета. Понятное дело, что Эскель и сам может многие каналы информации перекрыть, но страж шёл на существенный риск и служебное преступление.