Или поверит и убоится.
Не надо мне этого.
До дома мы добрались лишь к ужину. По пути успели завернуть в пару лавок, приобрести несколько рулонов отменной шерстяной костюмной ткани нежной расцветки — можно было бы обобрать папеньку, но его стиль излишне строг. Мне же хотелось чего-то более женственного, пусть и для брюк.
Отец уже сидел за столом, по обыкновению обложившись заметками.
«Унгурские ведомости» выходили дважды в неделю. Следующий тираж будет печататься перед балом, и в него нужно впихнуть не только новости, но и кучу объявлений. Например, открывающийся через два дня балаган уже прислал расписание и краткую программу. Яркий плакат выделялся среди однотипных черно-белых текстов, прямо-таки прыгая в глаза.
Наверное, моя судьба — вмешаться и в эту авантюру.
Я рухнула на стул, подтянув афишу поближе.
Дрожь после посещения храма униматься не желала. Не помогли ни забег по лавкам, ни прогулка на свежем воздухе. Упоительный аромат щей и куриных котлеток тоже не справлялся. Аппетита не было, но есть я все равно начала. Через силу.
От знакомого до боли вкуса на глаза навернулись слезы.
— Что-то случилось? Ты где была так долго? Отказали? — встревожился отец.
Он знал, что я ходила договариваться о покупке помещения под новую газету. Сам мальчишку послал, предупредить о визите. К моему удивлению, папенька воспринял мое начинание совершенно спокойно, будто только и ждал, когда я это предложу.
Настолько в меня верил?
Или сам заметил, что сухие сводки и объявления не пользуются популярностью? Просто не знал, как это исправить.
Мы ведь пытались. Тогда, после приезда господина Сташевского, мы и рубрику фельетонов открывали, и стихи печатали, и сплетни собирали. Но невероятным образом столичный хлыщ оказывался в курсе горячих скандалов раньше.
Лишь много позже я узнала, что ему помогали те самые мальчишки-разносчики. Доплата в пять копеек — и целая армия преданных, проворных и незаметных ребят в его распоряжении.
Именно потому я решила поднять оплату детям. Многие — единственные добытчики в семье. И любая мелочь для них бесценна.
Пожалуй, предложу папеньке еще горячий перекус для работников делать. Для всех, не только служащих типографии. Помнится, в годы войны на наспех организованных сходках и митингах этого и требовали, помимо прочего.
А еще нормированный рабочий день, и не двенадцать часов, больничные и защиту от увольнения.
Всего этого я им прямо сейчас дать не могу, но обязательно учту в договоре.
После разоблачения заговора царь смягчился и выполнил очень многие требования, исходившие от народа. В том числе те, что касались условий труда. Но в данный момент любая попытка изменить устоявшийся порядок может быть расценена как мятеж.