— Мэм, обязан вас предупредить, что на Острове снова видели пришельца с Тиэры.
— Неужели? — Скепсиса в голосе женщины было настолько много, словно он ей мифы и легенды Аэры пересказывал, пытаясь уверить в их правдивлсти. А она слушала исключительно из вежливости.
— Д-да, а еще, говорят, что он взял в плен нескольких студентов Магиуса.
— Один? Магов? Какой способный юноша.
— Н-да… — промямлил визитер.
И наверняка покраснел, потому что свои слова, услышанные из чужих уст, зачастую становятся тем, что они есть на самом деле. То есть глупостью.
— Мне нужно убедиться, что у вас… что вам ничто не грозит.
— Вы убедились.
— Но я бы хотел… — тень качнулась. Рыцарь сделал шаг к двери и попытался заглянуть в дом. Пол под ногами качнулся, и мы увидели руку в перчатке, что схватилась за косяк. Крис, неожиданно оказавшийся рядом со мной, поднял клинок.
К чести, моей бывшей гувернантки, та даже не шелохнулась.
— Сожалею, но муж запрещает мне принимать молодых людей в его отсутствие.
— Но как же… пришелец с Тиэры?
— Его я тоже не могу принять, — отрезала гувернантка. — Так ему и передайте, при случае.
— Да, но если вы его увидите…
— Без сомнения, скажу то же самое, что и вам.
— Я имел в виду, что вы должны будете сообщить дежурному рыцарю, если сможете, — в последнюю фразу он добавил трагизма. — Мэм.
Рука в перчатке исчезла.
— Если смогу? — непонятно у кого уточнила Кларисса Омули, вернувшись в зал. — Да будет вам известно, я пела в хоре прославления богинь с семи лет. И если захочу, то меня услышат даже в главной башне Академикума. Мне просто воспитание не позволяет… — не договорив, она одернула жакет, пересекла выставочный зал и зажгла одну из ламп. А я вдруг увидела, что мистер Тилон улыбается едва заметной, но такой знакомой улыбкой, какую я зачастую видела у папеньки, когда он смотрел на маменьку, а та не замечала.
— Нам повезло, что пока на поиски посылают учеников, — проговорила Дженнет, стоявшая у окна и наблюдавшая, как уходил рыцарь. — Вряд ли вы смогли бы отправить восвояси Родрига Немилосердного.
— Зря вы сомневаетесь в моей супруге, — попенял герцогине оружейник. — Но в любом случае, с Родригом Немилосердным разговаривал бы я.
— Что-то не похожи вы на пленных? — спросила учительница этикета, поднимая лампу. — Ивидель, вас взяли в плен?
— Нет, — насмешливо сказала Дженнет. — Выдали замуж. — Настолько насмешливо, что, похоже, никто не принял ее слова в серьез. Девы, я и сама не принимала их всерьез. — Хотя, по мне так это одно и то же.
— Отлично, — непонятно чему обрадовалась женщина. И потребовала: — Рассказывайте.