Вредный дед — Михаил Северный

Вредный дед
1. Тихие Холмы

Я сижу, оглушённый, под светом вернувшейся на небо луны. Что-то невнятно пищит браслет, а я смотрю на приближающуюся красавицу и не могу понять, что происходит. Старческий маразм, не иначе.

У девочки в руках по кинжалу — они неестественно отсвечивают в ночи, будто лезвия густо-густо намазали люминесцентной краской. Она приближается неторопливо и легко, хоть и видно, что тяжело дышит. У меня нет сил не то чтобы сопротивляться, но даже поднять камень с земли. Ноги ослабли и дрожат, как у последнего труса. Я могу только отшатнуться и поднять руки, защищаясь.

— Не трогай меня, симпатюля!

1

Взрывы — один за другим. Я слышу крики. Чувствую вину. Не понимаю, за что. Только мимолётное ощущение. Вонь раскалённого асфальта. Отвратительный запах палёного мяса.

Снова крики. Много воплей и страданий. Кто-то умирает быстро, иной сопротивляется. Скрежещет и сжимается в кулак железо. Выстрелы — много выстрелов и пулемётная очередь. К стонам присоединяются ещё какие-то неестественные звуки.

— Мама Изя? Мама Изя? Переключайся уже, что с тобой? Войди в чат, твой зять нервничает. Давай, выходи уже! Ты меня втянул во всё это — не вздумай теперь бросать, старый урод. Я всё про тебя знаю теперь, старик.

Кажется, я начинаю вспоминать. Убийства детей, насилие, массовые казни, пытки… Это что, Руанда? Развлечения каннибалов? Нет, это современная Игра. Дети развлекаются. Тьфу, блин. Вспомнил.

2

Вы присоединились к чату.

К чату присоединился админ.

К чату присоединился Игрок.

— Наконец-то очухался, дед.

— Зятёк, ты?

— Долго тебя колбасило. Отходняк, как с похмелья.

— Я бы сказал, как после наркотика. Хотя откуда мне знать, как это бывает? Я не пробовал. Зятёк, ты пробовал? Наверняка совал в ноздрю всякую гадость, я это ещё при жизни понял. Или ты больше любишь сосать… в смысле, марки? Чего молчишь?

— Слушай, ты бы его не нервировал. Мы как бы зависим от него.

— Плевать, я своё пожил.

— Эй, не гони. Я только разгоняюсь, какой «пожил»? Дед, если тебе на свою жизнь начхать, то о других подумай!

— Я же сказал: плевать. Ты не понял, что ли?

— Как это «плевать», а? У меня двое детей и жена-красавица! Ты меня втянул сюда, давай теперь…

— Я тебя породил, я тебя и убью.

— Чего? Ты совсем ополоумел, дед?

— Неудивительно, молодёжь. Классику не знаете.

— Какая я тебе молодёжь⁈ У меня дво…

(Режим readonly принудительно включён.)

— Теперь, когда вы готовы слушать, продолжаем разговор. Отвечать на твои оскорбления я не буду, Егор Юхимович. Ты слишком никто, чтобы ссориться с тобой из-за ничего.