Кстати, интересно, а если он плоский, то что там, ниже? Сектанты говорили о каких-то глубинах, до которых добрался незаконнорожденный сын Сатаны. Надеюсь, мне не придется спускаться туда.
Стрельба здесь была слышна уже очень отчётливо. Лупили одновременно как бы не из полусотни стволов. Настоящая бойня. А скоро ведь, наверняка, к безопасникам корпорации подкрепление подойдёт, у них сил достаточно. Что тогда?
Не, не будут нападающие просто ждать, пока их убьют. Попытаются свалить. И тогда часть этой толпы бросится в погоню, а остальные переключатся на нас. Короче, дело нужно делать, пока бой не закончился. Иначе нам конец. Впрочем, именно в этом и состоял план.
Я схватился за перекладину лестницы, и стал перебирать руками и ногами, спускаясь все ниже. Минус первый, минус второй, минус третий. Стоп. Именно сюда нам и нужно.
А теперь добраться до двери, что в общем-то тоже не так просто. Кабина, висящая над моей головой, просто огромная, шахта, соответственно, ещё больше. На мгновение мне пришла в голову мысль о том, что будет, если она придет в движение. Или, что ещё хуже, если что-то случится с тросами, и она обрушится вниз. Меня просто раздавит, размажет.
Лифты — сами по себе страшная штука. Я их никогда не любил, хотя мне приходилось пользоваться ими каждый день по нескольку раз. И без этого было никуда, Новая Москва — чертовски многоэтажный город. Я не знаю, какая там средняя высота, но в мегабашнях она составляет около пяти-шести десятков этажей. А стандартные человейники редко бывают ниже двадцати, они просто площадью поменьше. Ну и людей меньше живёт, там ведь площади у квартир побольше, это не просто жилые ячейки.
Но как же стрёмно осознавать, что жизни пассажиров и, самое главное, твоя зависят от прочности металлической коробки, которая болтается на тросах. И черт его знает, все ли с ней в порядке, когда ее в последний раз обслуживали, и не накосячили ли при ее монтаже.
Это во многом хуже, чем в самолётах. Там ты, по крайней мере, зависишь от профессиональных пилотов, которые проходят строгий отбор, там само летающее судно проверяют десятки раз перед вылетом, потому что никому не хочется угробить людей и платить потом огромные штрафы и компенсации. Но лифты… Особенно в мегабашнях, которые никто не обслуживал едва ли не с самого момента постройки…
Я всегда их побаивался. Однако в таких местах я зачастую оказывался под завязку накачанным адреналином. А, значит, особого внимания на это не означал.
А киноделы ещё и нагоняют вокруг этих тесных кабин страха. Сколько раз мы видели такое, что человека, который уже практически выбрался из застрявшего лифта, разрезает надвое обрушившейся кабиной. Классический способ убрать из экрана кого-нибудь из статистов.