Он до боли сжал челюсти. Плоть начала оживать. С этим надо что-то делать.
Рустам с неприязнью взглянул на «беду», свалившуюся на его седую голову.
– Вы помните, как попали под мою машину?
Излишне жёсткий тон заставил незнакомку сжаться и распахнуть глаза. Она словно ребёнок натянула тонкое одеяло выше носа.
– Я?.. под машину?.. – с искренним недоумением.
Он нахмурился. Не хватало амнезии.
– Вы ничего не помните?
Она сглотнула комок. Пролепетав невнятное:
– Помню.
– Что именно из последнего? Почему оказались на улице в одном платье? —в голосе незнакомца слышалось неприкрытое раздражение. – Ваши имя, фамилия, телефон, документы где?
– Разделась… – Ева не могла понять, в чём провинилась перед властным мужчиной в белом халате. – Сумочка с паспортом и смартфоном осталась там же.
Если он врач, то она звезда подиумов. Но пока предлагали лишь подработку эскортницей.
Рустам тяжело вздохнул. Вытягивая по одному слову, можно разговаривать бесконечно долго.
– Где и когда, а главное, почему вы разделись? – двойственность слов заставила выдуть воздух через губу.
Голубоглазка лежала под одеялом не только без пальто, но и без платья. Лучше бы он об этом не думал. Чёртово желание путало мысли. Раздвинув ноги на столе его кабинета, она смотрелась бы великолепно.
– Пришла в гости.
– К кому?
– Отцу моего жениха.
Руслан усмехнулся. В голове моментально возникла ещё одна развратная картинка. Престарелый козёл в тёмной прихожей лапает девочку младше своего сына.
– И что там случилось? – в этот раз он рычал, проклиная то, что с ним происходит.
Она закрыла глаза, натянула одеяло до макушки и прошептала со слезами в голосе:
– Не хочу говорить об этом.
Рустам чувствовал, что ещё немного и сорвётся. Невозможность контроля приходилось компенсировать злостью.
– Ваши хотелки дорого стоят, – проворчал он через губу.
– Для кого?
– Для меня!
Она выползла из укрытия.
– Почему? – и только теперь соизволила оглядеться.
Бежевые стены. Большая плазма на противоположной стене. Диван, обитый натуральной светлой кожей, такое же кресло. Столик с двумя стульями по бокам. Керамическая кадка с цветущей орхидеей перед диваном. И ни с чем не сравнимый, чуть уловимый запах больницы.
Ева предпочла снова закрыть глаза. В такой роскошной палате за время учёбы и практики она не была никогда. На ум пришли рассказы о клиниках для ВИП клиентов, сама которые видела только на фотографиях да в мечтах. Стоимость пребывания в них исчислялась астрономическими суммами. А если ей сделали операцию?
Она сглотнула слюну, пообещав невыполнимое:
– Я всё оплачу, – твёрдо уверовав, что сделает это, даже если придётся продать почку.