— Теперь займемся ранами.
Юл взяла с края бассейна одну из мазей, и её пальцы осторожно коснулись синяка на моих ребрах, нанося прохладное средство на кожу.
— Больно?
— Терпимо. В конце концов, я съел пару лечащих пилюль.
— Ты же понимаешь, что это скорее первая помощь, а не универсальное средство?
— Конечно.
Она вздохнула и покачала головой.
— Ты ведь совсем себя не бережешь. Столько шрамов… Ты ведь понимаешь, что каждый из них делает тебя чуточку слабее?
— Разве они не делают меня крепче?
— Шрамы появляются, когда раны столь велики, что телу приходится использовать другой строительный материал. Скажи, стены, в которых образовались трещины, и их затем замазали грязью, разве сохраняют свою прочность?
— Нет.
— Так и с телом. Своевременно устраняй раны. Исправить это потом очень сложно, — Юл замолчала, а спустя несколько секунд сообщила: — Всё, можешь забираться обратно в воду
— А мази не смоются?
— Эти — нет, и не тут, — улыбнулась она, и я вернулся на сидение в воде.
Юл тоже не стала засиживаться на бортике и присоединилась ко мне, правда, села не рядом, а уселась прямо мне на колени и положила голову на грудь. Я заключил её в объятиях, и так мы и сидели, нежась в горячей воде, не проронив и слова, где-то полчаса, а может и больше. Слова в тот момент нам были не нужны. Я кажется, чувствовал всё. что чувствует она, а она — то, что чувствовал я.
— Мару планирует остаться, — решила сообщить мне новость Юл.
— Правда?
— Да. Мы с ней много говорили и пришли к выводу, что так будет лучше. Мы уже смогли разослать немного весточек по землям Радрифа, и откликнулось довольно много прежних вассалов дома Роддей, желающих служить. Так что она планирует переправить их сюда и основать внутри твоего дома собственный павильон. Так что наша семья продолжает расширяться. А ещё до родов осталось совсем немного времени. Где-то пара недель.
— Уже?
— Угум. Но не волнуйся, дедушка Шу осматривал её и сказал, что все идет очень хорошо. Были опасения, когда случилась катастрофа в Радрифе и она потеряла родных, но видимо, то, что ты так часто сидишь с ней ночью, сильно помогает её внутреннему равновесию.
— Рад, что хоть как-то могу помочь.
— Но я уже начинаю немного ревновать.
— Извини, но если тебя это беспокоит, у нас ничего не было. Я просто сижу с ней, пока она не уснет, и слушаю её истории.
— Я вовсе не из-за этого ревную.
— А из-за чего тогда?
— Не важно, — отмахнулась Юл, а когда я попробовал выяснить, она заткнула мне рот поцелуем. Ну а дальше все понеслось само собой. И я не сразу вспомнил, что неплохо бы нам замедлить время…