— Жаль, что ты так враждебно настроен по отношению ко мне, Ноламэй. Мне-то казалось, что в прошлом мы с тобой неплохо сотрудничали.
— Просто тогда я не до конца понимал, что ты такое, сейчас всё иначе. Ты сказал, что способен вернуть драконов. Каким образом?
— Драконы же бессмертны, — заметил Ральорр очевидную для них вещь. — В отличие от людей, вы полноценно никогда не умираете, вы существуете столько, сколько существует вселенная.
— В этот раз всё не так, — раздраженно мотнул головой Лорд Смерти.
— Да, процесс реинкарнации сломан, но я могу починить его. Восстановить естественный баланс, так сказать.
— Имеешь в виду, что драконы могут снова рождаться?
— Именно.
— Какой смысл? Даже если родится кто-то из погибших, то он заберет мой эфир. В итоге всё равно будет максимум два дракона. Я и кто-то из остальных, годами тянущий мою силу, пока я просто не погибну. А затем это повторится и с ним самим.
— Я могу исправить и это. Могу сделать так, чтобы каждый твой ребенок был драконом. Да, они будут поглощать твой эфир, это я не смогу исправить, но он будет разделяться равномерно на всех до момента…
— … пока я не сдохну.
Ральорр кивнул.
— Но ты затем возродишься вновь в одном из их детей, а дальше этот процесс будет таким же, каким должен быть. Эфира в этом мире ещё много, и со временем вы накопите его достаточно, чтобы обрести былое могущество.
— Буквально соловьем заливаешься…
— И ты прекрасно знаешь, что я не лгу. Пустые в принципе не лгут, это прерогатива смертных.
— И какой в этом смысл, если твоя истинная цель — уничтожить всё?
— Не совсем уничтожить, скорее, ускорить конец этого мира. Чисто теоретически я бы мог сделать так, чтобы он встретил свой конец уже сейчас, но какой в этом смысл? Игра ведь существует не для того, чтобы кто-то из нас победил, а для самого процесса. Важно не кто, важно как! — Ральорр ухмыльнулся жутковатой улыбкой. Его глаза при этом заволокло мраком, а вот радужка, напротив, засияла серебристым. — В этом ваша проблема, вы зачастую не видите разницы. Всему приходит конец, в этот самый момент умирает двенадцать миллионов шестьдесят три тысячи восемьдесят один разумный. Для большинства из них это конец, последний цикл, они отходят нам для дальнейшей переработки. И так будет со всеми.
— Но с не драконами.
— Но не с драконами, — кивнул Ральорр. — Вы личные игрушки Вечности, и она, когда всё закончится, приберет вас к себе. Хотя очистку Пустотой вы всё равно пройдете, чтобы очиститься от былой жизни. Она, на её несчастье, не способна очистить ваши головы от прошлых жизней, это наша обязанность.