Кап, кап, кап… Неужели кран в ванной опять стал протекать? И почему шею ломит так, будто спала сидя? Кап, кап… Пушистое тельце прикасается к руке, опять забрался в постель, негодник. А потом эта шерсть везде. Как же холодно. С трудом разлепив веки, Ева вгляделась в темноту и вздрогнула от внезапно обрушившихся воспоминаний. Вокруг царил мрак и сырость подвала. Откуда-то капала вода, рабочие так и не сделали нормальный дренаж. Опустив взгляд, увидела, что на ногах у нее сидит огромная жирная крыса, жадно принюхиваясь к сочившимся кровью ссадинам. Она вздрогнула и закричала, вернее попыталась закричать, но изо рта донеслось лишь воронье карканье. Тяжелые шаги наверху. Сергей, это он. Ходит как огромный медведь запертый в клетке. Туда-сюда, туда-сюда. Явный предвестник угрозы. Он еще пытается себя успокоить, но Ева отлично знает, что ему это не удастся. И вскоре вся лавина гнева, вперемешку с яростными «поучающими» ударами, обрушится на нее. Нужно срочно бежать, срочно что-то предпринять. Она задергалась в путах, связывающих ее по рукам и ногам, пытаясь вырваться, ударилась головой о стену и… проснулась.
Сквозь легкую занавеску пробивались солнечные лучи, мягко освещая комнату. Ева села в кровати. Сердце билось как заполошное, пижама намокла от пота и прилипла к телу. Дыхание прерывистое, рваное. «Сколько же еще это будет продолжаться?» – подумала она. Прошло уже два года с тех ужасных событий, а они до сих пор преследуют ее в кошмарах. Пора уже начать новую жизнь и забыть все, как плохой фильм, зачем-то просмотренный на ночь. Огромный толстый кот камышовой окраски запрыгнул на кровать и принялся тереться мордочкой о ее плечо. «Вставай! – говорил он всем своим видом. – Я не ел уже целую вечность! Хочешь, чтоб я исхудал и умер?!»
Ева улыбнулась, вскочила с кровати и отправилась в ванную. «Никаких больше воспоминаний, хватит! Здесь он никогда ее не найдет! Она будет жить долго и счастливо, как принцесса из сказки. В окружении природы и прекрасных людей! В зеркале над раковиной отразилась маленькая изящная женщина с большими карими глазами и длинными вьющимися волосами цвета расплавленной меди. С наслаждением смыв с себя остатки хандры, Ева почистила зубы, брызнула на ямочки под ключицами немного любимого парфюма. Еще раз оглядела себя в зеркале, улыбнулась и, подмигнув своему отражению, совсем как героиня ее любимого романа, воскликнула: