— Что с ней? — опасливо спросила кошка, наблюдавшая со стороны Ритуал.
Не отвечая ей, я прошелся по остальным девушкам, пришедшим в себя, но благоразумно не вмешивающимся в происходящее. Они были крайне истощены, поэтому я залечил только самые сильные раны, чтобы у них остались силы на обратный путь. Тем временем, Шантей начала приходить в себя.
— Что со мной? — растерянно произнесла она, оглядывая себя со всех сторон. — Ты превратил меня в хуманса⁈
Теперь ее тело стало полностью человеческим, избавленным от уродских шрамов и острых ножей вместо ног. Сглотнув, я отвернулся, чтобы не соблазнить чересчур вызывающим видом. Красота девушки передалась и на ее остальную нижнюю часть.
— Это твоя первая форма, — произнес я. — Но тебе еще предстоит овладеть другими двумя. Сосредоточься и представь себя в своем обычно облике.
К чести Шантей, та не стала задавать вопросов и спорить, а сразу закрыла глаза, концентрируя силу ауры. Хлоп! И перед нами появилась целая и невредимая рахнера! Савано с девушками прижались к стенам, ожидая чего угодно, только не дружественного отношения, но паучихе было совсем не до них.
— Я вернулась! Вернулась! — вскрикнула она, вертясь на одном месте. Через пару минут она вспомнила о нас и быстро повернулась, настороженно приподнимая передние жвалы. Но, увидев, что мы все также ничего не предпринимаем, облегченно выдохнула. Подняв руки к голове, она замерла на пару секунд… Пуф! И из легкой дымки, всегда появлявшейся на месте превращения, к нам снова вышла полуобнаженная красотка.
— А-а-а, какая третья форма? — тихонько осведомилась Шантей, словно ожидая, что я грубо откажу ей. На свой вид она не обращала никакого внимания.
— Попробуй запрыгнуть на стену или потолок так, как если бы ты была пауком, — пожав плечами, посоветовал я. — Только обратно не превращайся, а проделай все в этой форме.
Вновь даже не попытавшись спорить, Шантей повернулась к стене, на которой поблескивали нити ее паутины и резко, даже не задумавшись, скакнула на стену! Появившиеся из ее спины лапы мертвой хваткой схватились за паутину и шероховатую поверхность стены.
— Здорово! Восхитилась та, принимаясь с невероятной скоростью бегать по нитям и потолку. Следуя за ней взглядом, я увидел те шевелящиеся мешки и вспомнил про коконы.
Паучиху не пришлось долго уговаривать. Она перерезала пару нитей, и, придерживая основной держащий канат, медленно опустила связку жертв на пол. Внутри оказались крестьяне, наемники и даже пара студентов, которые, как объяснила рахнера, «попались под горячую руку». Все без исключения были мужчинами, пребывающими в галлюциногенном сне.