Потом состоялись: проход по кланхоллу, знакомство с Родием, с Никсом и Фликсом, еще один забег, полет на Шерри… Задание, не одобренное системой к разделению с друзьями, осталось не то, чтобы забытым. Скорее, отставленным в сторону, дабы не добавляло к грузу ответственности лишнюю «гирю». Есть и есть этот квест: провалятся — будет и без квеста паршиво. Справятся — победа будет ценна сама по себе.
Так было до слов гномки о сюжетном соответствии. И до погружения в тьму безумия под названием Недра Горы Отчаяния.
И теперь она просто зачитала условия неразделяемого задания компаньонам по рейду.
— Значит, идем навстречу злу, — ровно высказал Сорхо. — Других способов понять, что это за данж такой кривой, я не знаю. Про уничтожение думать будем потом, когда победим.
— Когда засунем каленое железо в потроха поганцев и трижды провернем, — дополнила предложение кулинара Барби.
Возражающих не нашлось.
— Чужаки! Чужаки! Не в путах, не в цепях — свободные.
Через пару десятков шагов вглубь громадной пещеры ребят окружили призраки.
— Оружие в руках. Спасать пришли? Поздно! Опоздали, не успели, не торопились. Не спасли нас, бросили, бросили…
— Так холодно, холодно…
— Кто-то теплый идет!
— Не спасли, никто не пришел нас спасти…
— Детки, детки мои… За что⁈
— А-а-а-а-э-а-э-у-у…
— Все предали нас. Все отступились. Никто не вступился.
— Предатели!
Множество голосов раздавалось разом и с разных сторон. Они укоряли, плакали, выли, стенали, обвиняли.
Духи сновали в опасной близости, но не нападали. Не спешили и игроки, особенно после того, как Хэйт уточнила, что не видит характеристик призраков.
— Ой, кошечка! — из хоровода призрачных тел вылетела одна фигурка, помчалась к Хэтти. — Вы не слушайте их, чужаки. Им всем грустно и не с кем поговорить. Злые дяди тычут жгучим огнем, к ним мы не ходим. А такие, как были когда-то мы, напуганы и сами грустят. И боятся нас… Пока не приходят к нам.
— Разве здесь тюрьма? — озадачился Кен. — С пожизненым заключением? Торговля людьми предполагает поток живых разумных.
— Сразу видно, что ничегошеньки вы не знаете о Горе Отчаяния, — неупокоенная душа, при жизни бывшая девочкой лет десяти, вздохнула.
Группу обдало холодком.
— Мы приходим из света во тьму, — тихо и очень серьезно проговорила полупрозрачная малышка. — Нет, свет тут есть, вон, факелы горят, грибочки светятся. Но света нет. Нет радости.
Тут девочка шмыгнула носом и разревелась.
— Мою кошечку, радость, я потеряла… И теперь нигде не могу найти. Ищу, ищу — а она не находится.
Хэйт прокашлялась.
— Твоя кошечка: если она еще живая, давай, мы ее тоже поищем? — обратилась глава Ненависти сначала к духу, а затем к сокланам. — Мне тоже неохота тут задерживаться, но вдруг…