По ощущениям, на изучение этого дива у меня ушло секунд десять, по прошествии которых меня озарило:
— Варвара Петровна? — догадался я.
Сразу после моей догадки эта странная субстанция зашевелилась, разрослась до полноценного тела молодой и очень привлекательной женщины. Правда, женщина эта была полупрозрачной, голой и совсем не походила на то сморщенное состарившееся человеческое существо, которое я пытался откачать минутой ранее.
— Ну, и чего ты пялишься? — я опешил и ничего ответить не смог. А что можно было ответить бесплотному духу, выглядевшему настолько соблазнительно, что глаз не отвести. Дух Семеновой (назовем это явление именно так) меж тем заливисто рассмеялся, облетел меня по кругу и вновь предстал передо мной. — Нет, ну это ж надо, как все обернулось! — опять заговорила молодая Семенова. — Кому расскажешь — ведь засмеют. Ни дочке, ни внучке, ни даже правнучке… Впрочем, выбора уже нет.
Женщина вдруг насторожилась и посмотрела куда-то в сторону. Я тоже перевел свой взгляд туда, где в углу палаты что-то чернело. Черная клякса становилась все гуще, с каждой секундой наливаясь формой.
— Значит так, сынок, — быстро затараторила голая женщина, встав между мной и черным сгустком, — ты меня прости, если что, и это… не обессудь.
— Чего? — я вообще ничего не мог понять. Все мысли были лишь о том страшном черном нечто, растущем за спиной полупрозрачной женщины.
— Да ничего, пень ты тупой! Ржать, говорю, все будут над тобой, когда узнают. Сперва поржут, а после прибить тебя задумают. Ты особливо моей правнучки бойся, она на эту силу больше всех зарилась! Да не срослось у них, потому что дуры тупые.
— Кто дуры? — выглядел я, должно быть, довольно глупо, поскольку женщина смотрела на меня, как на умалишенного юродивого на паперти.
— Ладно, все одно времени нет. Так прощаешь меня али нет? — голос ее зазвучал крайне властно, я даже немного перепугался. Да и в целом вся эта обстановочка начала меня напрягать, от былого ощущения блаженства и бесконечной неги и следа не осталось. Особенно сильно пугало то существо, которое сейчас позади бабки, эммм, женщины… (непечатно)… да что тут вообще творится⁈ Мамочки, страшно-то как… Если кратко, то особенно сильно пугало существо, которое позади девушки Семеновой стояло, от него буквально веяло ужасом и безысходностью.
— Да ни в чем вы не виноваты, — прошептал я, только сейчас сообразив, что тоже потихоньку обретаю форму собственного тела. У меня уже появилось некое подобие рук и ног, даже что-то между ними вырисовываться начало. Я покосился вниз на свое бренное тело, над которым вовсю колдовали мои коллеги, и ужаснулся — я их уже почти не видел. Они вроде как и были, а вроде как и не было их уже. Все было в каком-то сизом тумане и почему-то от меня удалялось.