— Ты доехал нормально? — равнодушно бросила Пелагея через плечо. — Ну и чего тогда зудишь, аки муха навозная? Хорошо то, что хорошо кончается.
Вот эти ее «аки» да «то ли» выдавали в Пелагее дремучую старость. С виду девушка лет тридцати пяти, даже говорит, когда контролирует себя, вполне современным языком. Но иногда все же проскакивают в ее речи старинные присказки, междометия и слова, что сразу настораживает. Есть у меня все же подозрение, что не так она и молода, какой хочет казаться. Она что, реально считает, что я вот так запросто женюсь на старушке-хохотушке? Меня, между прочим, не Максимом зовут и не Прохором, я Григорием. У меня, в отличие от иных деятелей поп-культуры, принципы имеются. А постулат «Любви все возрасты покорны» я вообще не разделяю. Никогда его не понимал. Молодости — молодое, старости — старое. «Взболтать, но не смешивать» — это пусть агенты британской разведки практикуют неравные браки.
Но это все лирика. На самом деле меня порадовал тот факт, что, кроме ворона и этой самой ворожеи, в маленьком неказистом доме а-ля «бабушкина дача», никого постороннего не оказалось. Хотя кто-то тут явно жил на постоянной основе — снег на территории регулярно вычищался, о чем свидетельствовали почти чистая парковочная площадка и дорожки.
Сени встретили чистотой, но скудностью убранства. Пара валенок, домашние тапочки (видимо, гостевые), грубо сколоченная лавочка, худой веник и вешалка из доски с тремя гвоздями-сотками вместо крючков. Из освещения — маленькая лампа накаливания, свисающая с потолка на проводе.
— Можешь не разуваться, — крикнула мне откуда-то из недр дома ворожея, — тут пол холодный.
Сзади тут же каркнул ворон, подгоняя меня внутрь. Я сделал пару шагов вперед, ворон зашел (именно зашел, вальяжно и степенно) следом, и дверь за ним закрылась сама по себе. И что это такое? Телекинез? То есть водителя реально не было? Да уж, дела…
— Проходи, Гриша, присаживайся. Чай будешь?
— А можно уже ближе к делу?
— Можно и ближе к делу, — согласилась ворожея, — как жениху будет угодно.
— Сперва я хотел бы увидеть сестру. Она тут, в доме? Она в безопасности?
Пелагея кивнула своему ворону, так и стоявшему у меня за спиной:
— Приведи девчонку, пусть полюбуется, — затем она вновь перевела свой колючий взгляд на меня и поинтересовалась. — Может, все же чаю?
— Благодарю, нет.
— Ну, как знаешь. А я, с твоего позволения, почаевничаю, уж больно травки добрые собрали мои послушницы прошлым летом. Всю зиму пьем ароматный чай с чабером да мелиссой…
— Вы меня простите за любопытство, Пелагея… эммм, как вас там по батюшке?..