Тут к нам с очередной ходкой саней приехала Дарья. Привезла кувшин с горячим чаем и связку кружек.
— Вот, мужики, пейте, согревайтесь! — объявила она, но взгляд её был прикован к братьям Волковым.
Антон и Иван, оба молодые и видные парни, сразу привлекли её внимание. Дарья то и дело находила поводы подойти к ним поближе — то кружку подать, то спросить, как дела, не устали ли.
— Ой, Антон, вы так вспотели! — причитала она, протягивая старшему брату кружку с чаем. — Вот платочек, оботритесь!
Антон покраснел до корней волос:
— Спасибо, но не нужно… я сам…
— Что вы, что вы! — не отставала она. — Меня Дарья зовут. А вы небось и поесть-то толком не успели с утра? Сейчас принесу пирожков!
Она умчалась к саням, покачивая бёдрами, а братья остались стоять растерянные.
Прохор, работавший рядом, ухмыльнулся:
— Ох, Дашка, совсем стыд потеряла! Видать, в город захотела! Думает, городские мужики её с собой заберут!
Илья рассмеялся:
— Дашка всегда такая была — глаз да глаз за ней нужен!
Антон и Иван совсем смутились от таких разговоров. Они старательно делали вид, что ничего не слышат, и усердно таскали доски, стараясь держаться подальше от назойливой женщины.
Но Дарья была настойчивой. Она действительно вернулась с корзиной пирожков и снова принялась обхаживать гостей:
— Иван, кушайте, кушайте! С капустой пирожки, с грибами! Сама пекла!
— Спасибо, но я не голодный, — пробормотал младший брат, пытаясь спрятаться за спину Григория.
— Ах, что вы! Работаете так усердно, силы нужно восстанавливать! — Дарья буквально навязывала ему пирожок.
Григорий Сидоров, видя смущение парней, вмешался:
— Дарья, спасибо вам за заботу, но мы работой заняты. Может, позже поедим?
— Ой, Григорий, да что вы! — она даже ресницами захлопала. — Я ж не мешаю! Просто хочу, чтоб вы чувствовали себя как дома!
Фёдор Железнов буркнул себе под нос что-то неразборчивое, но недвусмысленно неодобрительное. Семён Кравцов хитро улыбался, наблюдая за комедией.
Я решил вмешаться:
— Дарья, мы очень ценим твою заботу. Но, может быть, пирожки оставишь здесь, а мы сами возьмём, когда проголодаемся? А то работа стоит.
— Да-да, конечно, Егор Андреевич! — спохватилась Дарья. — Я ж понимаю! Тут вот корзинка, кушайте на здоровье!
Она поставила корзинку на вертак, но уходить не спешила. Всё крутилась рядом, то дверь придерживая, то поправляя платок.
Наконец Прохор не выдержал:
— Дашка, а дома-то у тебя дел нет? Корова подоена? Куры кормлены? Может, лучше хозяйством заняться, чем тут…
— А что такого? — вспыхнула Дарья. — Гостей встречаю, хлебосольство проявляю! Не у всех же каменное сердце!