Напротив, в кресле поскромнее, но все же весьма удобном, сидела женщина. На первый взгляд в ней не было ничего примечательного — среднего роста, худощавая, с простым, но приятным лицом. Однако внимательный наблюдатель заметил бы военную выправку, которую не могло скрыть даже строгое женское платье, и особый взгляд — прямой, оценивающий, привыкший смотреть опасности в лицо.
Это была Надежда Андреевна Дурова, женщина необыкновенной судьбы, ординарец самого Кутузова, кавалерист-девица, как называли ее в войсках.
— Так значит, вы хорошо знакомы с Егором Андреевичем Воронцовым? — Иван Дмитриевич подался вперед, его маленькие, глубоко посаженные глаза впились в лицо собеседницы.
— Можно сказать и так, — ответила Надежда Андреевна, слегка пожав плечами. — Хотя встречались мы всего пару раз.
— И при каких же обстоятельствах произошло ваше знакомство? — голос Ивана Дмитриевича был ровным, но в нем чувствовалось плохо скрываемое нетерпение.
Надежда Андреевна на мгновение задумалась, словно решая, сколько можно рассказать этому человеку, и ответила:
— Я выполняла государево задание — везла пакет с секретной информацией от фельдмаршала Кутузова. За мной увязалась погоня — не могу сказать наверняка, были ли это французские лазутчики или ещё кто, но они знали, что я везу, и отчаянно хотели это заполучить.
Она помолчала, глядя на дождевые капли, стекающие по стеклу. Воспоминания унесли ее на несколько месяцев назад, и она словно заново переживала те события.
— Погоня наседала. Я свернула с тракта, надеясь затеряться в лесу, и совершенно случайно оказалась возле Уваровки. Я даже не знала тогда, что это за деревня. Преследователи уже почти настигли меня. Но тут появились вооруженные люди во главе с молодым боярином. Это и был Егор Андреевич.
— И что же он сделал? — Иван Дмитриевич сложил руки домиком, не сводя глаз с Дуровой.
— Он не задавал лишних вопросов, — в голосе Надежды Андреевны прозвучало уважение. — Просто спрятал меня в своем доме. А сам же с его людьми встретили погоню оружием. В итоге всех взяли в плен. Мне же Егор Андреевич предоставил возможность отдохнуть и сменить лошадь. На следующий день я уже была у фельдмаршала с важными сведениями.
— А что стало с пленными? — вкрадчиво спросил Иван Дмитриевич.
— Не знаю, — покачала головой Дурова. — Егор Андреевич сказал, что разберется с ними сам. Я не вмешивалась — у меня была своя задача.
— Понимаю, — Иван Дмитриевич откинулся в кресле, постукивая пальцами по подлокотнику. — А после вы поддерживали с ним связь?
— Не сразу, — ответила Надежда Андреевна. — Но позже мне довелось снова встретиться с ним. Он был с молодой женщиной, Марией, если не ошибаюсь. Он представил ее как свою невесту. Милая девушка, но происхождения незнатного, купеческого, что создавало определенные… сложности.