ООН базируется теперь не в Нью-Йорке, а в Швейцарии, и толку от этой организации намного больше, чем в мое время. Возникающие военные конфликты гасятся быстро, потому что созданные силы специального реагирования миротворческого контингента работают очень профессионально и решительно. Тоже самое касательно распределения товаров первой необходимости и продуктов питания — с массовым голодом наконец смогли побороться, бывают перегибы, но не так как в моё время. Да и эпидемий как-то стало намного меньше, может и правда в моём времени большая часть из них была искусственной, а тут не стало тех, кому выгодно продавать вакцины и эпидемии сошли на нет.
Получается, как ни крути, но я всё сделал правильно, решив тогда пустить кровь буржуинам, но мне за это всё равно никто спасибо не сказал, до сих считают главным злодеем на Земле.
Что происходило со мной все эти 23 года? Я сидел в тюрьме! Да именно так, последние двадцать три года я «мотаю» пожизненный срок. В 2002 году городской суд Кабинды осудил меня на пожизненное за убийство Эрика Ван дер Гельца. Ну, а что, ордер от Интерпола был, обвинения я признал, от услуг адвоката отказался, судья был неумолим и тверд, в итоге я получил пожизненный срок с правом условно-досрочного освобождения через 25 лет отсидки. То есть через два года, чисто теоретически я могу выйти на свободу. Буду ли я проситься на УДО? Вряд ли. Мне и в тюрьме хорошо. Как такое может быть? Очень просто. Я всё это придумал сам. Получить пожизненный срок — это был единственный выход из безвыходной ситуации. В итоге и я жив остался и в Москве немного успокоились решив, что я получил своё наказание. Ну, а тюрьма у меня не простая, а специально для меня, одного единственного заключенного построенная. Если Пабло Эскобару можно было построить для себя тюрьму повышенной комфортности, то почему бы мне нельзя сделать тоже самое. В Колумбии была тюрьма — Ла Катердраль, где в комфорте мотал срок глава Медельинского наркокартеля, а в Кабинде, а точнее в Анголе, на побережье Атлантического океана в тридцати километрах от границы с СРК есть город закрытого типа Чехоф-18. Вот тут я сижу уже 23 года.
Тюрьма в городке Чехоф18 — это градообразующее предприятие, потому что только одной охраны у меня больше двух тысяч бойцов, которые надежно прикрывают тюрьму с воды, воздуха и земли. Считается, что охрана не дает мне пуститься в бега, но на самом деле они делают все, что никто не проник в город снаружи. За двадцать три года были пресечены полсотни попыток проникновения внутрь охраняемого периметра. В море ловили аквалангистов-диверсантов, в небе сбивали самолёты, которые не отвечали на сигналы предупреждения, в саванне уничтожали ДРГ. В общем, не все так просто, но я пока жив, а это не может не радовать.