— Для вас Марина Андреевна! Не фамильярничайте, господин Громов. Мы не настолько близки, да и не намерены сближаться. Будьте добры, уважайте чужое личное пространство.
— Доча, не надо. Лучше вообще не говори с ним… — наконец подала голос женщина, потянув меня за руку и испугавшись, что, пока она очень старается сдержать собственные эмоции, с этим не справится ее дочка, которая ненавидит Громова ничуть не меньше.
— А вы, юная госпожа Огнева, как я погляжу, очень любите встревать в дела старших, что не слишком-то вежливо. Жаль, что вы не получили должного воспитания в свое время. И вам здорово повезло, что я успел остановить свою атаку во время сегодняшней дуэли. А то могло бы произойти непоправимое… В любом случае, вам лучше пообщаться со сверстниками, а взрослые беседы оставить нам с вашей матерью. И поверьте, с остальными вашими родственниками я знаком куда лучше вас самой!
Напускное радушие Громова дало сильную трещину, ненадолго выпуская наружу злобного маньяка, но стоило ему несколько раз вдохнуть, и он взял себя в руки.
Я почувствовал, как Анина мама сильно сжала мне руку, одновременно удерживая меня от глупостей и неосознанно вымещая свой гнев от услышанного.
Хуже всего, что сейчас у Громова было огромное преимущество. Любую агрессию в свой адрес он мог повернуть себе на пользу, вплоть до нарушения нейтралитета. А его статус и уважение к нему в обществе играли только на руку, включая тот факт, что он «миролюбиво» заговорил с бывшими врагами, которые для этого же общества давно перестали что-либо из себя представлять.
В таком месте и в такой ситуации, будучи в теле Ани, я даже не могу ему достойно ответить. Хуже всего было то, что Марине Андреевне хотя бы хватало зрелости и опыта, чтобы не поддаваться на провокации. А вот сама подруга сорвалась. Я понимаю, что она это не специально, но мои мозги буквально вскипели от ее порыва напасть на Теона. Она, не отдавая себе отчета, пыталась забрать у меня контроль, и мне нужны были все силы, просто чтобы сдержать ее.
Хуже и не придумаешь! Из-за Ани я и ответить на столь явный плевок в лицо не мог, скорчившись от сильной головной боли и подступающей тошноты. На секунду мелькнула дикая мысль, что если меня все же вырвет, то я точно знаю мишень, в которую буду метиться — она прямо передо мной!
Анина мама старалась уйти и меня увести с собой, но Теон продолжал идти рядом, как ни в чем не бывало, напоминая то про возможность воспользоваться его щедрым предложением, то про личное знакомство с предками подруги, к чему добавил новую мысль о том, что Марине Андреевне нужно обязательно как следует воспитывать своего ребенка…