— Милый, ты, когда с этими разберешься, обязательно позвони…- Ира шагнула ко мне, грациозно приподнялась на носочках и, со вкусом, поцеловала меня в губы, после чего неторопливо прошла мимо ошеломленно молчавшей тетки, как будто приглашая ее рискнуть и подать голос, но так и не дождавшись, махнув мне рукой на прощание, и быстро поскакала по лестнице вниз.
— Ох, огонь девка…- пробормотала у меня за спиной бабуля из квартиры слева: — Помниться, я тоже в двадцать лет к своему комсоргу…И-ех!
— Роберт, ты так и будешь стоять, когда твою женщину бьют! — взвыла тетка, когда внизу хлопнула дверь за, покинувшей подъезд, Ириной.
— И что я сделаю? — равнодушно пожал плечами мужик: — Это ваши, бабские дела.
— Ну ты совсем уже…- взвизгнула женщина: — Никаких понятий, деревенщина!
— Если будете хулиганить и шуметь, то в милицию позвоню. — прервала разгорающийся семейный скандал бабка соседка, понявшая, что мордобоя больше не будет: — Здесь пожилые люди отдыхают. Мы свой покой ударным трудом на стройках социализма заработали…
— Уважаемая, милиция уже здесь, вы не волнуйтесь…- я похлопал себя по груди, где в кармане лежало удостоверение.
— Ты милиция? — поразилась соседка: — А что малахольный такой? Помниться, был у меня сердечный друг, агент второго разряда… так он у нас во дворе шантрапу деревенскую из «нагана» все перестрелял, а потом сказал, что кулаки теракт готовили.
— Что приперлись? — я повернулся к конкурентам за наследство моей покойной «невесты».
— Исковое заявление принесли, распишитесь в получении…- кривляясь, процедила дамочка: — Суд выведет жулика на чистую воду.
Я не стал ломаться, выхватил из ее рук один экземпляр, на котором расписался и поставил дату, после чего забрал второй экземпляр документов и поспешил на улицу, не слушая вопли этой скандальной бабы за спиной. Все же эти твари решились подать на меня в суд. Безусловно, закон на моей стороне. А эти двое не являются ни несовершеннолетними, ни инвалидами, которых содержала Маркина и которые имеют право на обязательную долю наследства. Я остановился, сбившись с шага. Не то, чтобы я сильно боялся, но российский суд — это такая безвыигрышная лотерея. Ты либо можешь проиграть, а если даже и выиграешь, то потеряешь деньги и время, без всякой компенсации со стороны этих мошенников. Да еще эти сволочи принесли мне вызов в суд за два дня до даты судебного заседания. На первый взгляд никакого нарушения, просто кто-то создает мне максимально возможные неудобства, кто-то явно не из деревни Кривоглазово. Надо подумать, что можно сделать, используя свои возможности, чтобы отбить у жителей села Кривоглазово всякое желание даже дышать в мою сторону. Что я знаю об этих людях? Что они живут в рабочем общежитии на Левом берегу, что оба жадные и очень-очень нуждаются в деньгах. Примитивные методы, типа жесткого мордобития или безымянной могилки в лесу тут не годятся. Не заслужили они такой участи, пока, во всяком случае, не заслужили.