На третий день, как положено, предали земле героев, которыми, естественно, назначили павших — железнодорожного подполковника, «пытавшегося предотвратить кровопролитие», и старшего лейтенанта Шадова «погибшего на боевом посту». Это было бесспорно, но для меня мало. Мне нужна была известность и узнаваемость, причем очень срочно, и вот одно из желтейших и скандальнейших издательств опубликовало, а несколько подобных ему газетёнок позднее перепечатали, серию статей, размером с газетный разворот, под общим кричащим заголовком «Месть красноперых».
Первый день материал подавался так, что несколько молодых, увлеченных контактными видами спорта, людей отмечали окончание цикла силовых тренировок и позволили себе несколько сильнее пошуметь, чем предписано правилами социалистического общежития, после чего туда прибыла милиция, силою великой, конно, людно и оружно, потребовала от молодых людей открыть ворота, а когда кто-то случайно выстрелил и попал в какого-то милиционера, после чего милиция по беспределу ворвалась на территорию частного домовладения и всех убили, такая вот трагедия.
Вторая статья вышла в виде журналистского расследования, где рассказывалось вся подноготная ночного боя, лишь подполковника выставили случайной жертвой, который пытался спасти племянника — отморозка, за что получил в награду пулю от того самого племянника.
Кстати о подполковнике — у следствия не возникло никакого сомнения, что пуля вылетела с участка Сливы — все участники событий дали показания, что подполковник в момент рокового выстрела повернулся в сторону командира омоновцев, как будто хотел его о чем-то спросить. Во-всяком случае, в розыск были выставлены парочка членов банды Сливы, один из которых, согласно записи военного билета, числился снайпером в одной из кадрированных дивизий.
Ну а в третьей статье серии автор пространно рассуждал о том, что милиция только притворяется в своей беспомощности, а на самом деле она все и про всех знает, и как только кто-то попробовал переступить черту, милиция просто приехала и убила всех причастных к убийству опера, и непричастных — тоже, за компанию.
Почему милицейские начальники хотели, чтобы я подал иск о защите чести и достоинства? А в газете только мои данные были изложены полностью, с указанием фамилии, имени, отчества, специального звания и места службы, все остальные участники событий прятались под буквами, не дающими никакой информации.
— Я подумаю, господин майор, обязательно хорошо об этом подумаю.
— Только не затягивайте…- оставил за собой последнее слово милицейский юрист, как будто мне было какое-то дело до его пожеланий.