— Пошли. –я прижал палец к губам и стал осторожно подниматься наверх. На площадке пятого этажа, прямо в середине, на самом видном месте, лежал, вытертый до белизны металла, старенький револьвер «Наган». Лежал спокойно, как будто мы не проходили здесь несколько минут назад. Я примерно представлял, из какой квартиры подкинули оружие — сейчас мне было не до разборок, но потом мы вопрос с «крадуном» еще порешаем.
— Пошли к начальству, порадуем, что теперь все покойники при оружии…- меня пробило на истеричное хихиканье: — Ты только подтверди, что это не я из своих запасов подкинул, хорошо? А то, зам по опер мне дело с удовольствием сошьет.
Пистолет передали следователю, а я, с чувством «глубочайшего удовлетворения», присел на свою скамейку.
Замы разъехались, лишь начальник РОВД оставался на месте происшествия, так как сюда, как пчелы на мед, периодически слетались всякие начальственные субъекты, «поторговать лицом», постоять с умным видом на месте происшествия, дать пару ничего не значащих, дежурных указаний, отругать местного сотрудника, буде он попадется на глаза, для того, чтобы завтра доложить наверх, что выезд на место резонансного преступления был осуществлен им лично, и вся дальнейшая работа проходила под его мудрым контролем. А вдруг «территориалы» раскроют по горячим следам? А тут, в бумагах, его фамилия указана самой первой, мол выезжал, руководил, научил служебную собаку правильно брать след.
А вздрогнул от голоса начальника РОВД, подкравшегося ко мне сзади и заставшего за такими крамольными мыслями. Я попытался встать, но тяжелая рука полковника меня придержала. Начальник с сомнением посмотрел на скамейку и остался стоять.
— Слушай, Паша, может быть перейдешь куда-нибудь? У меня уже нервный тик и бессонница по ночам. Не могу уснуть, все жду, что сейчас позвонят из дежурной части и доложат, что Громов снова кого-то подстрелил. Ты правда, поищи себе место, а то ты свою должность пересидел, во всяком случае, на моей территории.
— Я, товарищ полковник, в муниципальных выборах участвую…- я посмотрел на начальника, и он кивнул, показывая, что он этот момент помнит, не забыл.
— Так вот, я серьезно настроен победить, и, как только выборы выиграю, сразу напишу рапорт об откомандировании меня в Совет депутатов с связи с избранием на выборную должность, так что вам, товарищ полковник, осталось ждать всего месяц, не больше, и я оставлю вас в покое, будете спать по ночам.
— Ты, Паша, главное, выборы эти выиграй, а то надоел ты мне хуже горькой редьки. — начальник провел ребром ладони себе по горлу, показывая степень горечи этой самой редьки, после чего тяжело двинулся в сторону своей служебной машины, но, не дойдя, обернулся.