— Ужасно чувствую, — сказал я честно. Пытаться смягчить не было ни сил, ни желания. — Будто я весь вечер сражался одновременно с ветси и с маридом.
— Тогда на сегодня хватит, — сказала Амана.
— Продолжим, — возразил Хеймес.
— На сегодня хватит, — повторила Амана твердо, уставившись на брата, и какое-то время они молча мерились взглядами. Потом Хеймес хмыкнул и махнул рукой.
— Ладно, будь по-твоему. — И обратился ко мне: — Рейн, сможешь встать?
Я взглянул на него удивленно. Я ведь не был болен или ранен — с какой стати со вставанием могли возникнуть проблемы?
Но с какой-то стати они действительно возникли.
Встать-то я встал, вот только мышцы ног будто превратились в желе, отказываясь держать меня в вертикальном положении. Думаю, не упал я из чистого упрямства.
Иштава мерзость! Это же мое тело! Оно должно подчиняться моей воле! Всегда, во всем! Слабость недопустима!
Вспышка злости помогла и будто выжгла часть этого желе. Стоять стало легче, а потом мне удалось сделать шаг. И еще один. И еще.
Четвертый шаг дался уже почти легко, почти как раньше. Тело будто опомнилось после своего краткого предательства и торопилось его искупить.
— Иди к себе, Рейн, отдохни, — вдруг оказалось, что Амана стоит рядом, поддерживая меня под руку, будто дряхлого старика.
Я аккуратно освободился из ее хватки.
— Нет, в покои я не пойду.
И ткнул рукой в направлении окна.
— Посижу там, на траве. Там хорошо, свежо и прохладно. И сверчки поют. Душевно так.
— Душевно… — протянула Амана, глядя на меня со странным выражением. — Поют… — после чего укоризненно посмотрела на Хеймеса. А он-то какое отношение имел к сверчкам?
Когда я вышел из кабинета, стоявшие за дверьми стражники уставились на меня с таким удивлением, что я невольно провел рукой по лицу и волосам — вдруг что-то налипло. Когда мы заходили внутрь, лица этих стражников ничего не выражали.
Кастиан решил проводить меня до выхода из башни. Может, тоже думал, что я свалюсь на полпути?
— На территории замка нет сверчков, — сказал он неожиданно, когда мы спустились на один пролет лестницы.
— В смысле нет?
Я прекрасно слышал в открытое окно, как они пели — звук отчетливо доносился до седьмого этажа башни.
— По периметру замковых стен расположен магический полог, пропускающий только насекомых-медоносов. Ни сверчки, ни мухи, ни комары попасть сюда не могут.
Я остановился и уставился на Кастиана.
— Тогда что я слышал?
Тот пожал плечами.
— Слуховую галлюцинацию, — и торопливо добавил: — Ты не волнуйся! После сегодняшнего ты мог не только сверчков, но и хор небесных лисиц услышать.