— Сейчас уши заострим, нос отрежем, и будет не узнать, — засмеялся здоровяк, подлив масла в огонь моих переживаний.
Мои сомнения насчет его профессиональной компетенции оказались напрасны. Шрек на удивление ловко орудовал ножницами, они словно жили своей жизнью и порхали отдельно от воли хозяина. Он подровнял мне бороду с усами и укоротил волосы. Затем взял в руки машинку и обрил голову. После нанес на лысину пену для бритья и взялся за бритву.
— Лысая голова всегда оттеняет внимание от самого лица, к тому же придает ему совершенно другой вид. Особенно, если форма черепа необычная. Тебе не повезло, у тебя стандартная. Вот если б где вмятина была, — он в шутку нажал большим пальцем справа от темени, и я одернул голову. — Не боись, — снова засмеялся он.
Проведя платком по абсолютно лысой макушке, он довольно уставился на меня через зеркало.
— Ну как?
— Холодно, — пожаловался я. — И на упыря похож.
— То есть ничего не поменялось? — тут же вставила свои пять копеек Дара.
— Захлопнись. — ответил я.
Шрек положил ладошку мне на голову. Выглядело это, словно он собирается поднять бильярдный шар. Кожу слегка начало покалывать.
— Ну все — луковицы я покрасил. Недели две будут с сединой. Потом настоящий пигмент снова начнет проступать.
Он приложил руку к бороде, и местами в ней появилась проседь. Шрек открыл шкафчик у зеркала, снова приговаривая: «Такс-такс-такс». Заглянул мне в глаза, а затем достал упаковку линз и жидкость для их промывки.
— Ярко голубые. Лучше всего будут отвлекать от остальных черт. С нашей регенерацией можно их вообще не снимать, но смотри сам по ощущениям.
— Понял.
Шрек снова отклонился, посмотрев на меня.
— Пачку постоянно набивай. Тебе надо килограммов двадцать нажрать, чтобы лицо еще немного поменялось. Тряпки свои обычные смени на что-нибудь солидное. Часы дорогущие на руку нацепи и пару колец. Ты должен выделяться на фоне толпы.
— Я думал, наоборот, сливаться с ней.
— Ни шиша ты не понимаешь. Чем больше на себя всякого дерьма вычурного понавесишь, тем больше у наблюдателя раздражителей — элементов, отвлекающих его внимание. — Озаренный какой-то мыслью он приблизился ко мне и провел машинкой по левой брови, сделав там прогалину, похожую на шрам от старой ссадины. — Это лучше раз в пару дней подправлять. Ну все. Я тут, что мог, сделал. Как вариант, никто не мешает пластырь куда-нибудь налепить. Тоже неплохо работает. Очки можешь нацепить с обычными стеклами. Еще могу набор клеящихся шрамов выдать, но это, мне кажется, лишнее, ты и так уже на себя не похож.
— Спасибо, — я поднялся с кресла, пожав здоровяку руку.