— Спасибо, — поблагодарил его Долматов.
— Ну, думаю, можно начинать есть, — решил сменить тематику Владимир. — Мясо лично мариновал. Сынок! Дожаривай партию и дуй к нам, а то так и не поешь!
Жуя высококлассную баранину, сочащуюся жиром, он запивал её пивом и думал о том, что будет делать в понедельник.
«В мире, как и всегда, не происходит ничего хорошего», — подумал он с сожалением.
В Югославии снова срыв переговоров — на этот раз виноват не Слободан Милошевич, который сейчас тише воды и ниже травы, а Алия Изетбегович, президент Боснии и Герцеговины.
Алия не хочет этой непонятной смеси федерации и конфедерации, предложенной ООН.
Жириновский предложил бескомпромиссный вариант — сделать человеческую федерацию, с общими войсками, единой экономикой и федеральным правительством, но на Совбезе ООН это даже не стали рассматривать всерьёз.
Изетбеговичу эта идея нравится, поэтому он торпедирует переговоры, пока не будет поставлено на повестку советское предложение, но все понимают, что тогда возмутится Радован Караджич, президент Республики Сербской, которому нравится та непонятная форма от ООН.
Генсек ООН Бутрос-Гали хочет, чтобы всё это закончилось поскорее, потому что он устал.
«Возможно, ему надоело, что его заставляют работать и выполнять единственную реальную функцию ООН, которой она лишится со временем…» — мысленно предположил Жириновский.
На самом деле, все хотят договориться, но на своих условиях, без каких-либо значимых компромиссов.
Владимиру это тоже очень сильно надоело, но бросить это дело он не может, потому что международный престиж.
Миротворческая операция в Югославии очень сильно поправила международную репутацию СССР, так как всё больше и больше различных экспертов начали высоко оценивать роль советского миротворческого контингента в снижении уровня насилия против мирного населения.
В основном эти высокие оценки начали появляться после развёрнутого интервью генсека Бутроса Бутрос-Гали на французском телеканале «France 2».
Ведущий задал ему прямой вопрос: «Как вы оцениваете неоднозначные действия советского миротворческого контингента в Югославии?»
Бутрос-Гали дал прямой ответ: «Возможно, только благодаря жёстким действиям советского контингента, нам удалось избежать ещё больших жертв среди мирного населения».
Генсек ООН помнит, что это именно Жириновский настаивал на расширении мандата миротворцам и на вводе их с тяжёлым вооружением и правом на его применение против незаконных бандформирований.
А ещё он должен отчётливо помнить, что склонялся ко вводу миротворцев с крайне ограниченным мандатом, который предполагал только ответный огонь и только в случае прямой агрессии против личного состава.