— А я? — Удивленно воскликнула Таня.
— А ты останешься здесь. — С усмешкой указал я на спящую Машу. — Будешь нянчиться с болеющей девочкой.
— Так не честно! — Зашипела на нас Грознега, готовая выцарапать глаза за такое отношение к себе любимой.
— Тебе вообще лучше не выходить на улицу. — Резонно заметила женщина. — Лиза может оказаться где угодно.
— Прекрати. Она не волшебница, чтобы оказываться везде.
— Переедем, тогда и вздохнем с облегчением. А пока сиди здесь и не высовывайся. Как только разберемся с первостепенными задачами, тогда и будет видно, что делать дальше. Не переживай, без тебя не полезем к такой опасной твари. — Заверила библиотекаршу Желя, беря за руку и уводя на кухню.
Мне же предстояло предупредить джинни, что нужна ее помощь. Идти к крохе в комнату не хотелось, слишком жутковато там было. Но без этого не обойтись. Желя уже приготовила завтрак. Аппетитный аромат разносился на всю квартиру. Только Силат все равно приходила к столу после всех, резонно опасаясь съесть вообще всё и не оставить никому ни кусочка.
Дверь, как и всегда, была не заперта. Только врываться без стука в обитель похоти и разврата не следовало. Само собой, ничего опасного в этом не было, но девочка любила не только пошутить. Скорее можно было застать ее за совсем непристойными занятиями. Таня один раз заскочила без предупреждения. И если даже эта озабоченная больше не рискует, то и другим не следует.
— Силат, ты там? — Постучавшись в дверь, потянул за ручку.
Не услышав ничего в ответ, заглянул внутрь. Тьму разгоняла одна единственная масляная лампа, в которой никогда не заканчивалось горючее. Стены и потолок едва угадывались в скопившемся мраке, создавая иллюзию безграничного пространства. Если не знать, что дополнительная дверца действительно создана с помощью древнего колдунства, можно предположить, что у нас есть своя пыточная. Особенно если сразу смотреть по центру комнаты.
— Ты наконец-то решился получить мое юное и девственное тело? — Восточная красавица лежала на огромной кровати, занявшей почти половину комнаты.
У меня непроизвольно дернулся глаз и отвисла челюсть. Сам не знаю, как не пустил слюну, глядя на девушку. На джинни было кружевное белье и такой же полупрозрачный пеньюар, мало что способный скрыть. Скорее наоборот, такой комплект только подчеркивал изгибы тела. Кроха даже чулки натянула. И всё это великолепие нежно-голубого цвета, очень сильно контрастирующее со смуглой кожей.
— Я хотел предложить тебе исполнить желание одного паренька. — Сам не знаю зачем ляпнул такую глупость, явно неуместную в таких условиях. — Но уже сомневаюсь, что стоит вытаскивать тебя отсюда.