Божественное зрение показывало много чего интересного. Но меня больше интересовал именно этот монстр. Огромная туша неспешно прогуливалась, нарезая круги вокруг кирпичного строения, явно примеряясь, с какой стороны лучше попробовать вспороть наше убежище. То, что он нас чувствует, сомнений ни у кого не осталось. Особенно когда на подмогу подоспела вторая тварь, немного поменьше, но от этого не менее смертоносная.
Время снова замедлило свой бег, оставляя нас наедине с похотливыми и голодными созданиями, так и не решившимися на штурм. Только это им и не требовалось. Пока мы пристально наблюдали за монстрами, другой мутант запрыгнул на крышу. Смертоносные когти сразу начали разносить кровлю в щепки, раскидывая дорогую черепицу по всему двору.
— Твою ж… — Игорь звучно выругался, от чего, даже в моем желто-золотом зрении, Елена залилась багровым румянцем. — Надо увести их отсюда.
— Я готова. — Тут же поднялась Кристина. Только ее спутник и не подумал принимать предложение, смотря исключительно на меня.
— Значит дадим бой. — Усмехнулся я, чувствуя некий азарт. — Ладно, только музычку прикрути, а то сильно по ушам бьет.
— Как скажешь. — Кровожадно усмехнулся в ответ гот, снова воплощая свое монструозное оружие и со стуком опуская его на деревянный пол. — Что предпочитаешь?
— А давай что-нибудь забористое, чтобы не скучно помирать было.
— Поверь, скучно не будет.
Тот спектр эмоций, что сменился на лице мужчины за несколько секунд, кроме как неким расстройством личности, назвать было сложно. Еще недавно совершенно спокойный гот стал полон жизни и источал доброту и заботу вместо хладнокровия.
— Не вздумайте помирать! — Пискнула из угла Елена, провожая наши темные силуэты взглядом.
— Не переживай, — Обернулся я, разглядывая девочку в причудливом свете. — никто не собирается умирать.
Мы подошли к двери и замерли, решаясь сделать последний шаг навстречу неизвестным созданиям. Порождению изощренной фантазии загадочной женщины, которую по недоразумению назвали столь добрым именем — баба Яга. Всю жизнь меня пугали этой ведьмой, которая испокон веков считалась доброй ведуньей. А она лишь с приходом христианства на Русь стала злодейкой. А тут… Мир сошел с ума, смешав всё, что только можно было смешать.
— Готов? — Уже не так уверенно, как прежде, спросил гот, держась за дверную ручку.
— Готов. — Выдохнул я, выпуская на волю светящееся лезвие, придающее дополнительную уверенность в своей силе.
Дверь медленно отворилась, выпуская две быстрые фигуры во мрак ночной. По ушам сразу ударил тяжелый рифф одной старой и до боли знакомой песни иностранного производства. Твари моментально замерли, смотря на наглецов, посмевших бросить им вызов. Но музыка уже начала набирать обороты, плавно разгоняясь до хорошего боевого ритма. Как тут можно было устоять на месте?