Ильмера попыталась более активно сопротивляться, но Грознега лишь улыбнулась. Пророчица опустилась на колени перед жертвой, демонстративно крутя в руках полированную рукоять того самого меча. От такого вида огненная дева еще сильнее запаниковала, дернувшись так, что ударилась головой о лавку, когда Таня припала к нижним губам. После чего сопротивляться уже было бессмысленно. Сквозь кружевную ткань начали доноситься пока еще слабые и неуверенные стоны, быстро набирающие силу.
— А теперь твоя очередь. — Нежно прошептала мне на ушко Маша, отвлекая от происходящего на лавке. — У нас впереди еще пол дня и целая ночь, так что… — Блондинка лукаво заглянула в глаза, заставляя сглотнуть подкатившую к горлу слюну. — Пока будешь только наблюдателем!
Последние слова одногруппница сказала так быстро, что я и не понял, что случилось. Просто в один момент мои руки сковали специальные кандалы, притащенные Ксюшей из нави. А потом толкнули в противоположную сторону, усаживая на другую лавку. Воля к сопротивлению пропала сама собой, оставляя лишь желание. Желание милых моему сердцу проказниц.
— Теперь тебя некому защитить! — Победно озвучила Маша, возвращаясь к связанной девушке. — До вечера — ты моя игрушка!
— И моя! — Оторвалась от соблазнительного процесса Таня.
— А ты и так моя игрушка. — Ласково погладила грудастая блондинка провидицу по щеке.
— Может и тебя надо так же наказать? — Предложила Желя, предварительно успев скинуть с себя легкий сарафан, под которым, как и всегда, ничего не было.
— Может когда-нибудь и накажите. — Улыбнулась моя одногруппница в ответ, нажимая на голову провидице, возвращая обратно в промежность. — Но не сегодня…
— Как знать. — Подошла к ней Желя, виляя упругой попкой. — Как знать…
Мне пришлось сидеть и смотреть, как четыре совершенно разные по телосложению девушки предаются разврату. При этом уделяя больше всего внимания связанной Ильмере, заставляя ту выть сквозь кляп. Пусть мы вместе уже два с половиной года, но совместные шалости в последнее время стали более редкими. Зато более откровенными. Чем возбуждали всё сильнее и сильнее. Только обычно девушки развлекались вместе со мной. Или, как минимум, кто-то из моих девушек помогал не умереть от перенапряжения. Если бы не магические кандалы — точно бы сорвался. Особенно когда девочки начинали играть специально для единственного зрителя, принимая возбуждающие позы, выставляющие всё напоказ.
Всё это продолжалось достаточно долго. Бедную Ильмеру замучили до такой степени, что малышка сидела, едва дыша, и вздрагивала от любого прикосновения. Щеки стали красны, будто их натерли свеклой. А глаза уже попросту не открывались. Только после этого Маша дала команду остановиться и развязать жертву. А заодно и меня отпустили, сняв подавляющие волю кандалы.