Мне оставалось только мысленно развести руками. С одной стороны, удивительно конечно, что он сумел меня вычислить. Но с другой, вполне закономерно, учитывая то, что князь столь опытный мечник. Я ведь в сравнении с ним увалень, что от него не может укрыться, да и его усиливающие руны сильнее, а мне при всей неловкости удаётся парировать и уклоняться от его атак.
— Благодарю, я подумаю о хорошем учителе фехтования, Платон Игоревич, — кивнул я, признавая правоту князя.
— И думать забудьте, Никита Григорьевич, — отрицательно качнул головой будущий тесть. — Ни к чему иным знать о вашей способности. Я имел в виду себя или моего оруженосца. Мы сами подтянем ваше владение клинком на должный уровень. Однако примите совет, откажитесь от тесака. Меч, пусть и такой же формы, куда предпочтительней. Что ни говори, а длина клинка имеет значение.
— Я пришёл к иному выводу.
— А вы не спешите отказываться, попробуйте хотя бы фалькату, — кивнул он в сторону оружейной стойки. — Мечом назвать этот испанский клинок язык не поворачивается, но уже и не тесак, длина на четверть больше, а это уже имеет значение. Ну же, чего вы ждёте, давайте прямо сейчас пробуйте.
Отказываться от возможности скрестить клинки с таким мастером, каковым являлся князь? Да щаззз! Я буду круглым идиотом, если упущу такую возможность. Кто его знает, может, вся его доброта развеется уже завтра. Так что нужно использовать любую возможность.
Ну что сказать, с одной стороны, четверть это и немного, и сам клинок чуть шире во всех ключевых точках, и масса больше почти на фунт. Так что поначалу было непривычно, и я безбожно запаздывал. Но понемногу приноровился и стал чувствовать себя уверенней. Появилось ощущение, что вот этот клинок может оказаться удобнее, да и удары выходили куда весомей. Нужно пробовать.
— А как у вас со стрельбой? — спросил князь, утирая полотенцем вспотевшие лоб и шею.
— Лук не дался, из арбалета вполне сносно. Но тут от самого оружия и выделки болтов зависит. Хотите устроить мне экзамен и глянуть, насколько хороший товар?
— Зря вы так-то, Никита Григорьевич. Я понимаю, что припёр вас к стенке и лишил выбора. Но при этом действительно хочу, чтобы вы в нашем лице обрели семью. Стали не зятем примаком и приживальщиком, а равноправным родовичем. От меня лично вы никогда не услышите упрёков по этому поводу. Так уж вышло, что мы с вами совершенно незнакомы, вот я и пытаюсь узнать вас получше. Для начала ваши боевые качества, а через это и личные.
Хм. А ведь он, похоже, и впрямь пытается со мной подружиться. Нет, правда, именно такое впечатление у меня и складывается. С одной стороны, взял меня за глотку, ну или так считает. А с другой — старается заполучить моё расположение. Небезразлична судьба дочери? Или решил полностью интегрировать меня в свой род? Как вариант, имеют право на жизнь оба предположения.