— О, Посейдон, я сирена! — возмущенно воскликнула она, взмахнув своим великолепным хвостом. — Фу, как вообще меня можно спутать с этой мелкой рыбешкой!
Несмотря на явное негодование, застывшее на ее лице, она была воплощением очарования. Ее наряд, словно сотканный из россыпи разноцветных камней-пайеток, мерцал и переливался при каждом движении. Огромные, густо подведенные глаза обладали завораживающим взглядом, а пухлые губы украшала широкая улыбка, в которой, при ближайшем рассмотрении, можно было заметить едва удлиненные, острые клыки.
Комната должна была бы плыть под водой, однако нет. Магия отеля позволяла плыть лишь тому, что было выгодно хозяйке комнаты, так по крайней мере казалось. Однако…
— Вылови жемчужинки в ванной, они мне нужны для выступления к вечеру, — приказала сирена.
И впрямь, мыть здесь полы было бы крайне странным делом. Я поспешила за одну из широких дверей в форме ракушки (если вы вдруг заинтересуетесь, как я так легко сориентировалась в комнате, то знайте, что там была-то всего то одна дверь — ну вот не возможно было заблудиться в двух соснах) и оказалась в зеркальной комнате, по середине которой располагалась огромная чаша, наполненная теплой водой. На ее поверхности разливались эфирные масла и экстракты водорослей.
Стены и полы представляли собой обои из живых морских растений и экзотических цветов. И все это великолепие выходило на широкое зеркало, которое больше напоминало окно: оно не только отражало реальность, но и показывало образы из подводного мира моря Блаше.
Подошла к чаше на полу и посмотрела вглубь. От нее парил такой аромат, что я кое-как сдержала порыв в нее окунуться. На дне лежали сотни жемчужин, которые я начала собирать в свой подол. И лишь на краткое мгновение я позволила себе помечтать. Там я была богатой и избалованной девицей, творящей все, что ей заблагорассудиться. В моих руках были книги и зелья, я мутила что-то в котелке и истерично смеялась, если что-то получалось. Ведьма, не иначе.
От этого проскользнувшего у меня в голове слова я вернулась в реальность, где уже наполнила юбку перламутровыми камушками. Они были холодными несмотря на то, что я достала их со дна теплой воды и перекатывались меж пальцев, доставляя мне не только эстетическое удовольствие, но и радость от прикосновения к таким изящным шарикам.
Тяжело было прощаться с этой роскошью, но приятно было покидать ворчливую сирену, которой, казалось, все раздражало. Даже мое короткое присутствие.
За неделю я убралась где-то в половине комнат отеля, и, честно признаюсь, в скорее начала осваиваться в его роскоши и наслаждаться новыми видами. Теперь весь антураж мне казался загадочным сюрпризом, который я каждое утро имела честь лицезреть воочию, открывая каждое утро хлипкую дверь своей комнатушки. Я входила в покои гостей, окунаясь как в новое путешествие, и позволяла себе несколько минут любоваться видами разных миров, прежде чем начать работу, которая в свою очередь уже проделывалась волшебством.