Ветер одиночества — Роман Романович

— За вами идёт золотая сотня, — без лишних слов сказал я, — Даю последний шанс уйти со мной. Я собираюсь проникнуть в одну из граней и скрыться в каком-нибудь не особо населенном мире. Решайте прямо сейчас, кто хочет со мной. У вас не больше пяти минут.

А то и меньше, если золотые чуть ускорятся.

— Нам помощь дезертира не нужна, — сразу же ответил командир.

Кажется, он ответ дал раньше, чем в полной мере осознал, что именно я сказал. Мужик обернулся в сторону золотых, а не трудно догадаться, откуда они идут, ведь с противоположной стороны непроходимая стена купола. Скулы командира напряглись, лицо пошло красными пятнами, одновременно с этим кожа побледнела. И как он две реакции разом совместил?

— А вы что? — глянул я на остальных, — Так сильно хотите умереть?

— Что ты собираешься делать в другом мире? — вышла вперед одна из женщин.

Судя по тому, как остальные ученые смотрели на неё, именно она главная среди них.

— Кто пойдет со мной, узнает. Чтобы не было недопонимания, вы все — балласт. Слабые, беззащитные, не привыкшие драться и убивать. Не умеете летать, скрываться и давать отпор врагу. Одному мне будет проще в сотню раз. Но я готов вам помочь, при одном условии. Вы меня слушаетесь беспрекословно. Куда скажу, туда и пойдете. Где скажу, там и будете спать.

Я почти тридцать часов внутреннего времени потратил, вспоминая фильмы и книги, чтобы составить эту речь. Как выглядеть суровым и внушающим я тоже тренировался много часов. Надеюсь, этого хватит и получится заранее отсечь сомневающихся и не готовых следовать на моих условиях.

— Условия не очень, но мы согласны, — кивнула женщина, — Что делаем?

— Что значит согласны? — рявкнул командир, — Отставить!

— Уймись, пока цел, — бросил я зарвавшемуся мужику и повернулся к искательнице, — Мы — это кто? Как вижу, не все обладают благоразумием.

— Это я и мои коллеги. Насчет солдат не знаю.

Женщина тянуть не стала и перешла на мою сторону, встав рядом. Её коллеги, девушка и мужчина, последовали за ней. Успели обдумать и решить, значит. Это хорошо… Второй мужик, которого я причислил к учёным, остался с солдатами. Он нервничал, поглядывая то на меня, то на женщину, то на командира. Настолько нервничал, что ноги подрагивали, словно он хотел пойти к нам, но не решался.

— А вы что? — глянул на солдат.

— Нам нельзя нарушать приказ, — ответил один из военных, за что получит от начальства уничтожающий взгляд.

— Приказ этого? — кивнул я в сторону красно-бледного мужика. Краснота побеждала в нем. Вон какой напряженный стоит, — Он ведет вас к смерти ради своих амбицией. Вы способны вшестером победить профессиональную армию искателей? Их сотня. У них выше уровень и они давно варятся в этом дерьме.