Публика взорвалась приветственными криками.
— Мы с вами находимся сейчас здесь, в этом зале! О да-а-а, эта овация нам — победителям и храбрецам просто потому, что мы сегодня собираемся повеселиться и оторваться, и имели мы Хтонь за окном! Нахрен Хтонь! — Он воздел руки к потолку. — Вы сломили ей хребет вчера, Инцидент кончился, так и не начавшись. Вы герои, а Хтонь… Нахрен её!
— Нахрен Хтонь! — Толпа неистовствовала.
— Ита-а-а-к, настало время приветствовать наших бойцов! В правом углу ринга у нас Ма-а-а-акс Стре-е-е-едле-е-е-е-йте-е-е-е-е-р!… — Дальше рефери зачастил перечислением мастерских, компаний, фирм и фамилий, которые приняли участие в апгрейде киборга.
Маркетинг такой маркетинг… Эсси вздохнула, откинулась в кресле, взяла со столика хайбол с коктейлем, пригубила напиток и прикрыла глаза. Смотреть на роботизированные стати Стредлейтера ей не хотелось. Киборг устроил себе пышный выход с бьющими вверх огненными фонтанами, девушками в бикини и мощными гитарными риффами, на экранах у потолка в этот момент демонстрировали самые эффектные моменты из уличных боев и поединков на арене с участием бойца Формации в маске демона Они. Зал аплодировал, пока Стредлейтер принимал горделивые позы и вовсе не боялся демонстрировать, что аугментация и протезы заменяют у него куда больше заявленных в правилах двадцати процентов тела…
— … ходят слухи, что последний Резчик черных уруков Кавказа лично передавал ему тайные знания и обучал секретным техникам боя! — надрывался рефери. — Надписи на его футболках разлетаются на цитаты быстрее, чем слова авалонской королевы, а рецепты новых блюд диктует сам дьявол! Единственный и неповторимый, великий и ужасный Баба-а-а-ай Са-а-а-архан!
Вдруг стало как-то неожиданно тихо, особенно остро эта тишина воспринималась после пафосного выхода Стредлейтера, так что Эсси открыла глаза и распрямилась в кресле, глядя в темный зев прохода, откуда должен был появиться урук.
— А где музыка? — разнесся по всему «Надыму» чей-то шепот из динамиков. — Куда вы дели музыку для выхода?
— А нужна была музыка? — Этот низкий рык она уже слышала там, в Хтони, на парковке, во время сражения с хуорном. — Да? Вот же ж ять… Неловко вышло. Ладно, хер с ней, с музыкой. Я пошел, короче…
Народ примолк, послышались тяжкие шаги орка и его горловой рык. Сархан сначала вроде как мычал что-то себе под нос, но потом запел уже в полный голос, страшно и завораживающе одновременно:
— … Znamya velikoj bor’by vsekh narodov
Za luchshij mir, za svyatuyu svobodu.
На орке были надеты одни только рваные джинсы и тяжелые строительные ботинки. Мощный торс и громадные руки бугрились мышцами, две косы у висков оказались связаны концами на затылке, удерживая гриву черных волос. На диковатом, но по-своему красивом лице хорошо виднелся странный и непривычный символ: как будто кто-то макнул ладонь в известку и приложил ее ко лбу, носу и щекам орка. Глаза его горели свирепым, жгучим огнем. Кулаки и предплечья черного урука были туго перемотаны бойцовским бинтом. Как это могло помочь против титановой брони киборга?