— А почему тогда к нам в комнату после смены не приходишь? — стрельнула глазками Шерочка.
— Потому что! У меня это, как его… Страшный резчиковский обет! Табу, короче!
— А-а-а-а… Ну, раз обет… Говорят, от таких табу устрицы с мидиями помогают. Ну, или к целителю можно обратиться… И пива меньше пить надо…
Вот же гадовки! Виляя бедрами, две троллицы-сестрицы дефилирующим маршем направились вниз по лестнице, время от времени оборачиваясь и пересмеиваясь. Что характерно — они и словом не обмолвились, какая такая причина заставила их весьма авторитетного папашу отправить дочек к черту на рога? То есть Васюганские болота и Сан-Себастьян — это несколько тысяч километров расстояния! И если это типа для их же безопасности — то кой хрен их никто не охраняет и к чему тогда оговорка Перепелки, что если Шира и Мара доблестно погибнут, то как бы и ничего страшного? В любом случае мне такое усиление ордынской команды (пусть, скорее всего, и временное) и источники информации об урук-хаевском житье-бытье пришлись очень кстати.
Я постоял на крыше «Орды» еще некоторое время, глядя сквозь мутную хтоническую хмарь над Проспектом на далекий маяк. Его было видно едва-едва, он терялся в мареве, высокий и изящный, на самом острие мыса. До маяка — между прочим старинного, знаменитого сооружения полуторавековой давности, — пролегали многие и многие засранные Хтонью кварталы. На душе скребли кошки: а вот бы вычистить всю эту дрянь к японой матери, добраться до маяка, поставить шезлонг и с чувством выполненного долга бахнуть пивка на берегу Черного моря? Устроить себе тут свой, ордынский курорт с блэкджеком и орками!
Грядущие перспективы становились всё более четкими, план вырисовывался. Здесь, на Тверди, точно так же, как и на той, другой Земле, действовало правило «нет земли без господина». Но с одним исключением: Хтонь. Это был тот самый фронтир, тот самый Дикий Запад, где собирались все рисковые и безбашенные, все пассионарии и берсерки. Конечно, где-то там шла война, и наверняка опять воевали за всё хорошее против всего плохого, но я-то был здесь! Здесь, в Сан-Себастьяне! И здесь плохое было очень ярким, выпуклым и очевидным: если бы люди, гномы и орки с Проспекта не стояли волнорезом на пути адских бестий, не затыкали пробоины в стенах мироздания своими телами — кабздец бы пришел сначала всему сервитуту, а потом язва разрослась бы и дальше, много дальше…
Иллюзия управляемого хаоса, которую питали местные власть имущие, могла дорого им обойтись. Проблемы, подобные этой, нужно решать быстро, жестко, раз и навсегда. Ну, помните: кто курит, тот кончит раком, а кто не курит — оттягивает свой конец. Эти и курили, пользуясь хтоническими ништяками и дрессируя своих опричников-магов-полицейский спецназ на противостояние потусторонней хрени, и оттягивали свой конец, отгородившись от прорыва абсолютного зла гребаной металлической решеткой!