— Шел бы ты отсюда, снага, — воспользовался я новообретенным знанием.
— А ты-нах, сопляк-х, на кого-врот… — Похоже, этот обормот был в курсе ученического статуса моего реципиента, и это придавало ему смелости.
Я просто дал ему в рожу: крепко, с размаху, с оттяжечкой! И, словно в замедленной съемке, увидел, как соприкоснулась с моим кулаком его голова, а потом дернулась, подавшись назад и потянув за собой всё тело.
ГДАХ! Снага отлетел метра на полтора, ударился в груду какого-то металлолома и застыл там, под кучей железяк и всякого мусора, с лязгом и грохотом осыпавшегося ему на плечи и голову.
— Валим, валим-нах! — Снаги, похоже, храбростью не отличались.
Внезапное и резкое поражение вожака обескуражило и деморализовало зеленых гопников. Они тут же обратили тыл, но меня-то это не устраивало! В три прыжка я настиг одного из них и придал зеленокожему ускорение — пинком ноги прямо по жопе.
— Ы-ы-ы-а-а-а-а… — Это получилось феерично.
Этот снага впечатался всё в ту же кучу металла, что-то мерзко хрустнуло, и он затих.
— Низко пошел, — не удержался от комментария я, глядя на последнего снагу. — Видать, к дождю.
— Вали, вали его! Сбоку, сбоку заходи! Давай, давай, пацаны! — Стоило врагу остаться в одиночестве, как гоблины поперли изо всех щелей и принялись месить его подручными предметами — дрекольем, какими-то бутылками, камнями…
Вскоре последний снага обмяк, но гоблины еще долго пинали его ногами и плевались, что-то бормоча.
— Кхе-кхе, — сказал Кузя, подбираясь ко мне в подобострастной позе и почесывая ушибленные ребра. — Так вот, по поводу мяса… Вам нужно мясо? Свежее съедобное мясо, убоина! Три тушки килограмм по шестьдесят-семьдесят…
Тьфу, мерзость какая! Вот же действительно: в чужой монастырь со своим уставом… Кстати — мне показалось или он и вправду спрятал в задний карман рваных штанов какой-то гаджет типа смартфона? Да что вообще здесь происходит?
Орк в рваных джинсах
Схватка с орками-снага, попытки навести порядок в разгромленном жилище, погребальная церемония — всё это меня здорово вымотало, да и желудок уже не урчал — рычал! Дико хотелось жрать, да и привести себя в Божеский вид не мешало бы: штаны превратились в дерюгу, рубаха — в рубище.
Учитель догорел, гоблины были заняты: копошились, верещали, хрюкали, наслаждались жизнью. Мерзкие твари? Ну да, ну да… Я поднялся по узкой лестнице на второй этаж, к своей комнате. Взялся за ручку дважды выбитой за сегодня двери и задумался — что же тут всё-таки произошло? Если сложить всё, что я узнал и услышал за прошедшие пару часов — по всему выходило, что в комнате с недавних пор проживал Резчик — урук-хаевский мастер волшебных татуировок — и его ученик. Я-здешний, в общем.