«А если я копаю не в том направлении⁈ — обожгла Олега паническая мысль. Он уже чувствовал, как тело начинает ему отказывать, а сознание уплывает куда-то далеко. Парень был уверен, что ниша, куда его поместили, не отличалась особой глубиной. А он, судя по ощущениям, все же сумел продвинуться вперед. И солидно! Однако преграда никак не желала заканчиваться, из щелочек не дул сквозняк, внутрь ловушки не доносилось ни единого звука. — Вдруг во время транса я случайно повернулся⁈ Но… Тогда это конец. Я уже не успею прокопать ход в правильном направлении. Да и как его выбрать-то, правильное?»
Внезапно камни перед ним покрыло зеленое пламя, и Олег отшатнулся назад, а после потерял равновесие и больно ударился боком о стенку своей темницы. Неведомое чародейство угасло и оставило после себя… Дыру. Дыру, через которую внутрь проникал свежий, сладкий, восхитительно опьяняющий воздух обычного подземелья!
— Ну что? Ваш упырь там скребется? — спросил кто-то невидимый, в чью пользу Олег сейчас с легким сердцем согласился бы написать завещание. Все равно главным активом парня являлись долги. — Ну, признавайтесь честно, труполюбы, кадавра из своих когтей упустили, а тревогу по крепости объявить гордость не позволяет?
— Как ни удивительно, но это действительно наш. Сканирующие чары подтверждают, — обескураженным тоном произнес один из патологоанатомов-некромантов, которых Олег за пару недель регулярной работы в морге уже научился распознавать по голосу. — Вот только совсем не упырь. Во всяком случае, пока. Эй, стажер, ты как туда вообще забрался⁈
Олег ему не ответил. Организм, попавший в относительно благоприятные условия, наконец-то смог расслабиться. И откат от множества использованных целительных заклинаний на пару с нервным стрессом просто смял инвалида, как конфетный фантик. Сознания он вроде как не потерял, но способность адекватно воспринимать окружающую действительность утратил. В себя пришел только на столе. В морге. От нескольких литров воды, вылитых на голову.
— Очухался? — уточнил у него отец Федор, являвшийся живым олицетворением фразы «Пути Господни неисповедимы». Во всяком случае, Олег не мог понять причины, по которой оказывающий ему протекцию священник мог оказаться поблизости в течение пары минут после того, как одного инвалида вытащили из каменного плена. Если только он не ошибся с оценкой времени, прошедшего с того момента. Раз в сорок или пятьдесят. — Можешь рассказать, что именно с тобой случилось?
Краткий пересказ событий заставил священника глубоко задуматься. И патологоанатомов, так никуда и не ушедших со своего рабочего места, несмотря на поздний час, тоже.