— А где щит? — спросил кто-то из выглянувших на палубу офицеров витязей. — Я, конечно, в магии не очень… Но разве он не должен перехватывать любую угрозу, вне зависимости от ее природы?
— Дурень, это же молнии Перуна! — ответил ему пробегавший мимо аэромант, которыми доукомплектовали команду на время операции. — Они как раз потому и знамениты, что дестабилизируют любые энергонасыщенные барьеры… В том числе стационарные крепостные щиты. Пока сверкает эта иллюминация, защита у врагов будет лишь личная. Ну, максимум фрагментарная на отдельных участках крепости. Жаль только, управлять такими молниями могут лишь те, в ком течет хотя бы капелька крови их создателя.
Дальнобойные орудия старались как могли, накрывая летящие впереди строя броненосцы одним попаданием за другим. Снаряды их приобрели какой-то тошнотворный зеленый оттенок, видимо в связи со сменой типа боеприпасов. Но левитирующим штурмовым утюгам на их потуги было плевать. Вражеские гостинцы отлетали от их скошенных лбов, будто семечки. Правда, слегка напрягали чуть светящиеся пятна, остающиеся на местах попаданий.
— Самоубийцы, — ошарашенно пробормотал Олег, наблюдая за тем, как в идущие строго вперед корабли врезается настоящий вал огня. Несмотря на огромные молнии, беспрестанно колотящие по замку и выбивающие из него заметные даже на таком расстоянии груды пыли, зенитные орудия Старого Сокола сохранили свою работоспособность. У каждого из них уже давно находится канонир, изнывающий от желания пустить подвластную ему мощь в ход. И вся эта воплощенная в снарядах и низших боевых заклинаниях смерть сейчас обрушилась всего на две цели. Да, большие и прочные! Но ничтожные по сравнению с изрыгающей из всех бойниц огонь громадой. — Их же собьют как пить дать!
— Все в руках Господа нашего, — прогудел из-под надетого на голову шлема отец Федор. Формой тот подозрительно напоминал обычное ведро. И, кажется, когда-то даже имел рога. Только сейчас их спилили. Кроме того, на металле виднелись белые следы, оставшиеся от удаленной надписи угловатым готическим шрифтом. Похоже, свой головной убор священнослужитель, ничуть не сомневаясь, содрал с какого-то крестоносца. Да и ряса священнослужителя, как оказалось, была надета им поверх доспехов. Вполне возможно, тоже трофейных. Уральские мастера скрипели зубами от гнева, но до гномов в умении ковать и зачаровывать сталь им было далеко. А европейские рыцари являлись основными покупателями талантливых коротышек хотя бы в силу географических причин. — Но вообще-то броненосцы как раз и строятся с расчетом на то, чтобы короткое время выдерживать любой огонь.