— Вот только устроить абсолютный вакуум или хотя бы изрядный перепад давления, чтобы их изнутри разорвало, на такой площади не осилишь даже ты со своим воистину феноменальным сродством к воздуху. А если и осилишь, с опорой на нас и прочих магов вставших в круг, так после этого половину товаров, которые полгода собирали, выкинуть придется из-за повреждений полученных при декомпрессии, — констатировал Олег, ступая по дощатому полу и разглядывая содержимое наиболее охраняемого амбара в радиусе как минимум сотни километров. В деревне построек подобного рода насчитывалось еще несколько штук, но там хранилось или зерно, или какие-нибудь корнеплоды вроде редьки…Здесь же своего часа дожидались те дары природы, с которыми обитателями затерянного среди сибирских лесов поселения пришлось изрядно повоевать, выясняя кто из них больше достоин места на вершине пищевой цепи. На веревках с высокого потолка свисали связи костей, когтей, рогов, челюстей, жвал, жал и хитиновых пластин. В бочках с мутным солевым раствором в качестве консерванта плавали сердца, печенки, ядовитые железы и прочая требуха. На стенах были растянуты при помощи деревянных колышков пушистые шуры и чешуйчатые кожи, а в запечатанных воском кувшинах под ними плескалась сцеженная кровь с добавками, препятствующими её свертыванию. Части тел наиболее ценных сибирских монстров сначала упаковывали в герметичные стеклянные сосуды, а уже потом укладывали в ящики с древесной стружкой.
— Ты глянь, курвы какие! Совсем обнаглели! — Пухлая рука Стефана дернулась с такой скоростью, что словно размылась в пространстве, срывая с висящей у самого входа связки загнутый коготь какой-то твари длинной сантиметров в десять. А после этот костяной кинжал, что еще относительно недавно красовался на лапе одного из населяющих сибирские леса чудовищ, со свистом прорезал воздух, будучи направленным в сторону потолочных балок. Впрочем, практически сразу же он упал обратно…Окровавленным и с нанизанным на его кончик дрожащим куском дерева, имеющим характерный окрас и текстуру. И машинально перешедший на магическое зрение Олег был бы готов поклясться, что это обычный обломок доски или большая щепка, если бы тот сохранял неподвижность. Спустя секунды две-три, маскировка спала с умирающей крысы, что слабо дергала лапками и длинным лишенным шерсти хвостом, пытаясь из последних сил издать предсмертный писк пробитой грудью. — Людей вообще не боятся! Привыкли видно, что способность сливаться по цвету с любым мусором делает их невидимыми!
— Я думал, они будут больше, — хмыкнул Олег, телекинезом поднимая убитое животное в воздух на уровень глаз и разглядывая его со всех сторон. Покрытое серым мехом вытянутое тельце от знакомых ему по родному миру крыс отличалось, но не сказать, чтобы очень уж сильно. Лапки были чуть длиннее обычного, да пальцы на них тоже казались слишком уж сильно развитыми. Конечно не как у обезьян, но подобные конечности явно предназначались не только для бега, но и для совершения ими каких-нибудь сложных работ. Однако в целом дохлый грызун, чье тело по размерам едва-едва превосходило палец взрослого мужчины, выглядел скорее жалким, чем страшным. — Обычно же все монстры, которые имеют магические способности и от нормальных животных случайно произошли, а не были искусственно выведены в лабораториях древних магов, куда крупнее, чем их дальние родственники, живущие на остальной части планеты.