Появление врага, случившееся еще минут через двадцать, Олег самым позорным образом прозевал. Он разглядывал тот участок леса, который был ближайшим к воротам поселения и разбитым сразу за ним полям и огородам, а кащенитиы решили атаковать с совсем другой стороны. Видимо подозревали, что именно в районе официального входа в поселение им приготовлено наибольшее количество неприятных сюрпризов. И, в общем-то, правильно делали. Даже если не учитывать закопанные в землю на скорую руку снаряды, то стоявшие на стенах дульнозарядные пушечки были сосредоточены именно в этом месте гуще, чем где-нибудь еще. Как и наибольшее количество защитников. Однако и другие стороны света обитатели поселения не обделили ни орудиями, ни бдительными и зоркими людьми. А потому как только кто-то из них заметил нечто, выделяющееся на фоне ночной темноты и движущееся прямо к стенам, то сразу же выстрелил. Попал он или нет, было совершенно неважно! Главное, что он привлек внимание к себе и к той стороне, откуда надвигался противник. И уже через несколько секунд напряженную тишину разорвал грохот орудий, очень кстати уставившихся в нужную сторону, а также последовавшие сразу же за ними громкие нечеловеческие крики боли. И плеск, вызванный не то агонией чего-то большого, не то просто ухнувшими в воду ядрами. «Тигрица» почти сразу же присоединилась к канонаде, чуть довернув борт и выдав в нужную сторону залп из половины всех своих орудий. А затем начала разворачиваться на одном месте, дабы и оставшиеся заряженными пушки могли выстрелить в противника, приближающегося к поселению. Все артиллеристы судна видели ночью не хуже чем днем, поскольку либо на них наложили заклятие из арсенала целителей, усилившее чувствительность сетчатки, либо им дали выпить зелье с аналогичным алхимическим эффектом, а потому на меткости канониров темное время суток не должно было сказаться ни в малейшей степени.
— Нас атакуют через реку⁈ — Поразился застигнутый врасплох подобным поворотом событий Олег, откладывая в сторону пулелейку и долото, которым вырезал руны на еще не успевшем толком застыть свинце. По идее ему бы сейчас следовало находиться в рубке и вместе с Анжелой управлять судном…Однако, чародей полагал, будто лишний боевой маг, способный благодаря большому резерву и отличному контролю играть роль живого фокуса для круга из более слабых одаренных, сейчас будет полезнее, чем тройка матросов, передающих по цепочке его приказы на командный пункт. Все-таки, несмотря на все выделенное самообразованию время, волшебник не умел создавать чары на большом расстоянии от себя или воздействующие сразу на все судно, а также не располагал средствами для быстрой связи с командирами отдельных отрядов защитников поселения. Вдобавок особо маневрировать сегодня «Тигрице» было строго противопоказано. Расположенное под самым килем мутировавшее дерево, в корнях которого окопался старый друид вместе со своими немногочисленными учениками, будет предоставлять судну дополнительную защиту от вражеских дальнобойных атак, которые маги природы станут по возможности ослаблять или вообще перехватывать. Да и если вдруг летучий корабль попытаются взять на абордаж, Мурат сумеет ударить противнику в спину. А потому в этой битве маневрировать судну не придется, ведь удаляться от центра защищаемого поселения и столь выгодной позиции станет очень недальновидным шагом. Следовательно, небольшая задержка с передачей команд не станет играть существенной роли.– Мда, это как-то неожиданно…