— Да, я довольно хороша в магии, что позволяет видеть то, куда глаза посмотреть не могут, — не без гордости признала облаченная в толстые зимние штаны и свитер с высоким горлом ящеролюдка, отличительными признаками которой могли считаться весьма приметные шрамы на почти человеческом лице, да два массивных револьвера, оттягивающих пояс. На русском языке она за короткое время выучилась говорить практически абсолютно без акцента, но вот привыкнуть к совсем неласковой сибирской погоде ей не удавалось в силу чисто физиологических причин. — Все же хоть мне и приходится драться намного чаще, чем хотелось бы, но основная моя задача в том, чтобы быть разведчиком для нашего народа. Подсматривать. Подслушивать. Иногда даже что-то воровать, если подвернется удачная возможность и награда будет оправдывать риски. В таком деле никуда без возможности заранее находить возможные угрозы и избегать их. Вы же умеете переводить воду в пар? Не туман, а именно пар.
— Конечно, Шлисша, — согласился Олег с ящеролюдкой, не отвлекаясь от изготовления очередной зачарованной пули. Возможно сотой или около того, он создаваемые нестабильные магические боеприпасы не считал, увлекшись пристальным наблюдением за чешуйчатой гидроманткой, которой стать профессиональной шпионкой мешал главным образом тот факт, что в человеческом обществе она выделялась примерно как негр на съезде представителей движения за торжество белой расы. И даже слегка жульничал при создании примитивнейших одноразовых артефактов, нанося гравировку на зависший прямо в воздухе горячий кусочек свинца, которому деформироваться не давали невидимые созданные из воли волшебника невидимые тиски. — Этому же все наши коллеги учатся сразу после того, как наловчатся воду своим даром отрывать от её источника. Если контролируемая жидкость разлетится в стороны и будет перенасыщена энергией, то станет обжигающим паром, над которым у заклинателя сохранится власть, пусть это и требует неприлично большого расхода сил и высокой концентрации. А когда её сжимаешь, одновременно пытаясь вытащить свою энергию из внутренних слоев, не трогая внешние, то получается лед, и пусть он хуже слушается команд, но зато прочнее и может оставаться в стабильной форме без дополнительной подпитки.
— Хорошо, значит, в этом отношении магия наших народов ничем не различается, — прошипела ящеролюдка, на мгновение удовлетворенно прикрыла свои желтые глаза с вертикальными зрачками. Дальше она решила дополнить свои слова действиями, откупорив висящую за спиной на манер рюкзака большую флягу. Струйка жидкости миллилитров на двести, вытекшая оттуда словно живая, мгновенно обернулась маленьким белым облачком, которое неторопливо поплыло вперед и вверх. — Так вот, если у тебя хватает концентрации и силы для управления хотя бы небольшим облачком пара, то можно запустить его туда, куда ногами не пройти, через щель под дверью или замочную скважину. А затем поднять повыше и снова сконденсировать в жидкость, только на сей раз заставляя эту перенасыщенную магией каплю запомнить отражения, которые покрывают её поверхность. Потом снова разделить на горячие капли, вернуть к себе, вновь слить воедино и посмотреть на увиденное водой. Если силы в жидкость влито достаточно и твердость твоего духа была непоколебима, она не забудет окружавшие её предметы.