— А тут патроны не зачарованные, — с легким сожалением отметил чародей, выбивая свинцовыми пилюлям фонтаны каменной крошки из относительно узкой дорожки, по которой намеревался пройти. Иногда разлетающиеся в разные стороны осколки оказывались раскалены или даже оплавлены фонтами огня, бьющими из пола, стен или потолка. Также в списке препятствий, которые могли бы остановить незапланированный вход или выход, присутствовали разряды молний, какая-то волшебная кислота и несколько рядов каменных решеток, выдвигающихся с самых неожиданных сторон в ответ на повреждение материальной части ловушек. Или их целью было не нанизать злоумышленника на себя, а просто путь ему перегородить? — Впрочем, это же пулемет, а не личное оружие…Да и калибр такой серьёзный, что в дополнительном усилении выстрела зачастую просто нет нужды.
На прицеле у Олега неожиданно для него самого возникли уже знакомого вида автоматроны, притопавшие откуда-то из глубин тюрьмы и кинувшиеся на явного злоумышленника в атаку решительную и бездумную. Ну совсем бездумную, может верность данных конструктов сомнений у англичан и не вызывала, однако их мыслительные способности явно соответствовали больше не людям, а тараканам. Из числа самых тупых. Никто другой не стал бы грудью бросаться на работающий пулемет в суицидальном порыве, достойном лемминга, летящего с обрыва в реку. И то, что эта самая грудь была стальной и первые пару десятков пуль выдерживала вполне исправно, прежде чем погнуться и порваться, дела не меняло. Обладающие полноценным разумом машины скоординировали бы свои действия с тюремщиками, дождались бы злоумышленника за углом или, по крайней мере, постарались бы атаковать в тот момент, когда у того лента кончится.
— Как-то все даже слишком легко получается, — мысленно пробурчал чародей, с трудом удерживая орудие на одном месте и расстреливая уже второго автоматрона, безжалостно прошедшего по спине своего павшего собрата, которому какая-то особо удачливая пуля, пробившаяся через корпус, видимо разворотила сердечник…Чтобы упереться в стоящий на этом месте вот уже секунд тридцать или сорок частокол из каменных шипов, протиснуться между которыми смогла бы в лучшем случае некрупная кошка, но никак не человек и уж тем более не металлический исполин. Остальные конструкты вступить в битву вообще не могли — ширина усеянного ловушками коридорчика позволяла перемещаться им только гуськом. — Не было бы тут подвоха…
Второй из тюремных автоматронов смог проломить себе дорогу через преграду, ломая каменные шипы по одному своими металлическими ручищами, но сразу же за ней и превратился в неподвижный объект, поскольку какая-то из десятков пуль, впившихся в стальной корпус человекоподобного механизма, вывела из строя ту часть его внутренностей, что за движения нижних конечностей отвечала. А подтягиваться вперед на руках брякнувший мордой об пол конструкт сообразить не успел. По нему как по мостику прошел вперед третий магический робот, чья тяжелая ножища наступила прямо на шею собрата и тем надломила её, после чего дергающий автоматрон как-то резко замер. Впрочем, могла сыграть свою роль и магическая ловушка, принявшая обдавать все вокруг себя интенсивными разрядами молний нежно-салатового цвета. Пока еще исправные машины от них особо не страдали, но подранка, чей искусственный внутренний мир местами уже в разные стороны со звяканьем раскатился, сия неприятность могла и добить.