— Где ты нашел лисицу? — Она старалась вести себя как ни в чем не бывало, но голос все равно прозвучал холодно. — Я за ней весь лес оббегала.
— Здесь и нашел. Она все это время в деревне пряталась, хитрюга. Кстати, врала тебе: нет у нее никаких лисят. Но в логове кто-то жил. Не зверь, а человек. Вон, я даже одеяло там нашёл. Думаю, это был Лютогор.
— Конечно, — фыркнула Тайка, — больше ведь некому! Злые колдуны всегда в лисьих норах прячутся.
Она едва сдержалась, чтобы не обвинить его во лжи при всех. Но рано, пока рано…
— Ох, да это же наше одеяло! — всплеснула руками вытьянка. — По весне постирала, повесила сушиться, а его спёрли. Мало того, что этот ваш Кощеевич злой колдун, он ещё и бельё с верёвок тырит? Ну и фрукт.
Её восклицание немного разрядило обстановку. Тайка хихикнула, и даже главный подозреваемый улыбнулся.
— Это не самый страшный его проступок, уж поверьте. Что же до лисы… Дивья царевна, ты же не станешь ее защищать теперь, когда вина доказана? Эта тварь проникла в дом, чтобы сожрать мою сестру. Нет Радмилы — нет проблемы, понимаешь? Некому голос отдавать. Я очень не хочу с тобой ссориться, просто предупреждаю: раньше я старался не вмешиваться, потому что Дивнозёрье — твоя вотчина. Но теперь это и мое дело тоже.
— Ах, твое! Да ты… — начала было Тайка, но договорить ей не дала очнувшаяся лиса.
— Нет! — тявкнула та, вскидывая узкую морду. — Я никого не хотела убивать.
— Врешь! — Кощеевич хорошенько ее встряхнул.
— Правда! Меня послали украсть птицу, а не жрать ее.
— Кто послал?
— Отпусти, и я все расскажу.
— Чтобы ты опять сбежала? Вот еще! Нашла дурака.
— В сарае есть старая клетка для кроликов. Сенька, а ну быстро сгоняй, принеси, — Марьяна наклеила пластырь на последний из порезов и принялась собирать аптечку. — И давайте вернемся к столу. Даже самые важные дела на пустой желудок не решаются.
Лиса, оказавшись в клетке, первым делом попробовала прутья на зуб, но Марьяна, погрозив ей пальцем, пропихнула внутрь котлету:
— Ешь. Мы ж не звери какие, чтобы узников не кормить.
Стульев на всех гостей не хватило, и Кощеевич устроился на подоконнике Радмила так и осталась сидеть на плече у Тайки.
— Ну и кто же тебя послал? — Кощеевич качнул ногой лисью клетку.
— Говорят, его зовут Лютогор, — вздохнула плутовка, поднимая морду от котлеты. — Ещё весной этот негодник свалился в мою нору, как снег на голову и заставил себе служить.
— Зачем ему Радмила? Отвечай!
— Пф, а мне почем знать? — Ощерилась лиса. — Мое дело маленькое. Сказал, мол, иди и принеси мне горлицу с человечьим лицом. Иду. Несу. Кстати он, еще добавил, что, если хоть один волосок с ее головы упадет, мне несдобровать. Заботится, стало быть, о твоей птичке.