БТР задымил и загорелся, а боевики погибли, после чего с небес спустился Ярты-Гулок, вооружённый своим неизменным АКС-74У.
— Шахром, ты как? — спросил он, взмахнув пару раз крыльями и приблизившись к раненому соратнику. — Ты живой⁈
— Да… — ответил Шахром.
Наконец, он начал соображать и активировал форсированную регенерацию. Она обошлась ему в 49 376 килокалорий, потому что повреждён позвоночник, а также отбиты внутренние органы.
— Я думал, ты погиб, когда в тебя выстрелили из КПВТ! — воскликнул Ярты-Гулок.
Он начал возиться с бронежилетом Шахрома.
— Пробития нет! — сообщил он. — Но крови много!
— Оставь меня… — попросил его Шахром.
— Таймера нет⁈ — обеспокоенно спросил карлик.
— Нет… — ответил Шахром. — Я оклемаюсь…
— Надо оттащить тебя с улицы, — сказал Ярты-Гулок и взялся за ручку на бронежилете.
Он затащил Шахрома в ближайший дом, помогая себе крыльями, но это сделало форсированную регенерацию ещё дороже — на 9547 килокалорий.
«Наверное, увеличилась тяжесть повреждений…» — подумал Шахром, который не почувствовал почти ничего.
— Я пошёл! — сказал Ярты-Гулок. — Лежи тут — я расскажу о тебе санитарам!
Шахром прикрыл глаза, а затем открыл их, соглашаясь с ним.
Крылатый карлик выбежал на улицу, а затем взлетел, исчезнув где-то в небесах, а Шахром продолжил лежать, ощущая нарастающие зуд и теплоту в области спины.
Он чудом пережил попадание из КПВТ, если верить Ярты-Гулоку — это чудо, не иначе, потому что его бронежилет не предназначен против такого.
Щека, который выбил для него эту броню у своих, предупредил, что эта броня МОЖЕТ выдержать попадание из КПВ, но без каких-либо гарантий.
«Пуля не пробила пластину, но от этого не легче…» — подумал Шахром. — «Так глупо подставился…»
С улицы доносится почти непрерывный треск пулемётов и автоматов, лишь иногда разбавляемый хлопками взрывов.
«Надеюсь, Лапша и Щека сумели отрезать пути отступления и возьмут местного сатрапа», — подумал Шахром.
Персы оказывают им неожиданно сильное сопротивление — они бьются за свою землю с яростью львов, но, мало-помалу, пятятся и теряют территории.
Взятые в ходе второй битвы за Боджнурд пленные сообщили, что регионом теперь управляет сатрап Эзатолла, который, получается, является сильнейшим сатрапом этой части Ирана.
В переговоры с персами никто, разумеется, вступать не стал, потому что нельзя договориться с теми, кто рассматривает тебя как потенциального раба, а твоих женщин видит исключительно как передвижные матки.
Пленные ничего не знали о судьбе Студика и имени такого не слышали, но это ещё ни о чём не говорит.