— Привет, — холодным тоном ответила она. — Я прилетела, чтобы уйти.
— А-а-а, понятно, — сказал я. — Жаль.
— Нет, не жаль, — не согласилась она со мной. — Тебе уж точно.
— Здоров, братан! — приветствовал меня Вин.
— Эхей! — обрадованно издал я. — Вин, даров!
Обнимаемся с ним, будто не виделись несколько лет — ну, субъективно, будто бы так и есть…
— Череп, бро! — воскликнул я, увидев следующего пассажира. — Даров, родной!
— Здоров, Студик! — ответил он и сжал меня в объятиях. — Как ты тут?
— А, загораю! — ответил я.
— Здравствуйте, дарогии гости! — торжественным тоном провозгласил Шахром. — Дабро пожаловат в Ашхабад!
— Это кто? — тихо спросил Череп.
— А это Шахром! — громко сообщил я всем. — Рубаха-парень, КДшники — отличный чувак! Шахром, знакомься — это Череп, Бубен, Палка, Вин… А вон там идёт сам Муравей! Эй, Муравей, даров!
— Привет, бро! — помахав рукой, приветствовал меня тот.
— Так… — прошептал Шахром. — Черип, Бубин, Палка, Вин, Муровей…
— Прошу в автобус, дамы и господа! — позвал я всех, указав на туристический автобус.
Грузимся в него и я сразу же сажусь на место гида. Вооружаюсь микрофоном.
— Раз-раз! — проговорил я. — Так, уважаемые гости города Ашхабад! Сейчас будет проведена короткая экскурсия, в ходе которой все вы увидите основные красоты и места, в которые обязательно нужно будет заглянуть!
— Эй, Студик! — крикнул Муравей. — Лучше расскажи, что мы будем делать!
— Будет время! — ответил я. — А сейчас, по левому борту, фонтанный комплекс «Огузхан и сыновья»! К сожалению, водоснабжения в городе больше нет, но я уверяю вас, раньше он выглядел просто прекрасно — я смотрел несколько видео!
— Что за ёжика ты замочил, Студик⁈ — спросил Вин.
— А, это такое! — ответил я. — В Туркменбаши был такой зверь, который поставил меня на таймер! Но я победил и выжил…
— Учёные писаются кипятком от восторга! — сообщил мне Череп. — Говорят, что впервые видят какой-то там ингибитор…
— Ингибитор форсированной регенерации, — пояснил Бубен. — Череп имеет в виду, что они никогда такого не встречали и это может пролить свет на природу интерфейса.
— Хуя себе! — восхищённо воскликнул я. — Так я, выходит, светило медицины⁈
— Ты же узнал об этом только что! — сказал на это Бубен.
— Но чувствовал-то уже давно! — парировал я. — Сразу же, как чуть не откинулся от яда, подумал, что это надо срочно передать моим коллегам в НИИ КД…
— Ха-ха-ха! — рассмеялся Бубен.
— А если всерьёз, то они поняли, что это за херня? — спросил я.
Бубен достал из кармана телефон и открыл на нём что-то.
— Специфический пептид-ингибитор, подавляющий фактор регенерации, — прочитал он. — Механизм действия, пока что, не исследован, но это открытие знаменательно тем, что теперь у научного сообщества Фронтира появился инструмент для взаимодействия с фактором регенерации. Кстати, этот пептид назвали в твою честь — новиковин.