Это своеобразная мини-аналитика, которая позволит мне сложить общую картину и понять, куда и зачем смотреть ночью.
Вся работа заняла около двух часов, а затем я просто лежал и смотрел на небо, пока в нём не появились звёзды.
А когда стало ясно, что стало темно, хоть глаз выколи, я поднялся на ноги, проверил экипировку и пошёл на спуск.
Передо мной какое-то кладбище, а чуть правее располагается некий «камень-самовар», причём я не понял, то ли это переводчики, составлявшие офлайн-карту, так перевели, то ли у персов реально есть слово «самовар»… (4)
Переключаюсь на поляризационный режим и кручу головой по сторонам.
Сегодня фаза Последней четверти, то есть, идеальное время — эффект поляризации достигает 25–30%, то есть, четверть или треть от дневной поляризации, что даёт вполне приемлемую картинку.
Особое внимание уделяю небесам, потому что филины навсегда засели в моей памяти, так как наложили на меня неизгладимый эмоциональный отпечаток.
Но в небе пусто, поэтому можно дышать спокойно. Вообще, птиц тут не так много, как в других регионах — либо у филинов не сложилось с нагибом всего сухопутного, либо их тут изначально было слишком мало, чтобы доминировать в ночи.
Под прикрытием теней и неровностей рельефа, как ниндзя, приближаюсь к мирно засыпающему городу, и останавливаюсь у подходящего дувала в пригороде.
Изучаю местность на предмет живых людей, для чего переключаюсь на ЭМ-режим. Рядом ни души, а лишь несколько десятков мелких грызунов, пришедших в город из песков. Они не очень-то опасны, хотя у одного я увидел признаки серьёзных мутаций.
Удостоверившись, что идти безопасно, пересекаю дворы пригородных домов и быстро перебегаю открытое пространство — пробегаю вдоль улицы в честь некоего Мохаммада Калатеха, а затем вновь оказываюсь во дворах.
Мне уже нравится этот город — тут дома располагаются очень плотно друг к другу, что создаёт огромное пространство для манёвров. Что-то подобное я видел в Баку, в районе Кишлы — если бы не Кишлы, я бы не выбрался из города в тот раз…
А здесь весь город будто срисован с района Кишлы, поэтому мне не составит труда скрытно подобраться к нужному месту и произвести точный подсчёт местного населения.
«Это бесстыдство и безобразие, блин», — подумал я, подобравшись на нужное расстояние. — «Противник приблизился на дистанцию до 400 метров, а о нём ещё никто не знает».
Никаких тебе секретов, кордонов, часовых — в этой части города диверсанты и разведчики могут ходить большими процессиями.
На всякий случай, осматриваюсь вокруг, в режиме ЭМ-зрения. Никого нет, поэтому я, действительно, подобрался незамеченным.