Шлем частично погасил кинетику удара, но шея отдалась лёгкой болью. Вот она, моя главная уязвимость — слабая шея.
Обезьян имеет преимущество в ближнем бою, так как он чуть быстрее и сильнее, чем я, но у меня меч, а у него лом, поэтому сейчас посмотрим, чья возьмёт…
«Против лома есть один приём — полуторный меч», — подумал я, вынуждая противника защищаться ломом.
Свирепая обезьяна начала истекать кровью из рассечённой правой руки, но я усугубил это удачным порезом на левой руке, а затем полоснул уёбка по левому бедру, точно так же создав на нём дополнительный источник кровопотери.
В ответ мой оппонент нанёс серию уколов ломом в грудь и по конечностям, а затем ударил меня по левому плечу, как дубинкой.
Всё это не имеет особого смысла — ломом такую броню не пробить, поэтому Обезьян обречён на поражение…
Он тоже пришёл к этому выводу, поэтому снова предпринял попытку слинять — для этого он осознанно подставился под меч и нанёс мощный удар своим ломом мне по шлему.
Уклониться я не сумел, поэтому меня откинуло на пару метров, а затем примат рванул прочь.
Вскидываю КС-23 и выстреливаю ему в спину.
Разрывная пуля взорвалась где-то глубоко в плоти этой твари, в области поясницы, расплескав в стороны требуху и кровь.
Добегаю до примата и уклоняюсь от укола ломом, после чего сразу же рублю его мечом по правой руке. Лезвие заходит в плоть и задевает кость, перерубая её — лом падает на утрамбованную землю, а Обезьян яростно ревёт и пытается ударить меня левой рукой.
Легко отклоняю удар кулаком с помощью меча, а затем вбиваю остриё в раззявленную пасть.
+194 очка опыта
— Изи, блин… — произнёс я и вытащил меч из пасти примата.
Достаю телефон и делаю серию фотографий тела, с разных ракурсов, а затем расчехляю кусок брезента и размещаю на нём это тело. Всем будет интересно посмотреть на этого гамадрила…
Упаковываю обезьяну в брезент, связываю её и гружу на спину. Теперь нужно вернуться в Ашхабад и пообщаться с Ронином на тему дальнейших действий…
*Туркменистан, город Ашхабад, Абаданский этрап, поселение
Джемгыет
, 19 января 2028 года*
В поселение я пришёл только к утру, вместе со своим человекообразным другом, завёрнутым в брезент.
Скинув тушу на землю, я развернул брезент и продемонстрировал боевой трофей, доставшийся мне в не очень честной схватке.
— Вот эти вот пластины это имба, — сказал я, ткнув указкой в грудные пластины примата. — Я выстрелил в него из РШ-12 в упор, разрывным патроном, но остались только вмятинки и подпалины.
Вокруг тела столпились КДшники и обычные зеваки из нормальных людей.