— Умоляю! Я попала в беду! Отвезите меня в Портсмут! Пожалуйста, я вам щедро заплачу! — она жалобно смотрела на седоватого мужчину лет пятидесяти, с пышными бакенбардами, которые вышли из моды еще лет тридцать назад.
— Госпожа, до Портсмута вообще-то 80 миль. И среди ночи… — хозяин старого «Mark Sykes» внимательнее пригляделся к ее лицу, пытаясь понять грязь на нем или синяки. А так же понять, не слишком ли пьяна незнакомка — ведь от нетрезвых пассажиров больше проблем, чем заработка.
— Знаю. Но я вам заплачу сколько скажите! — в последний миг Элизабет подумала, что зря она это ляпнула: «сколько скажите». Незнакомец мог почувствовать вкус легкой наживы и заломить такую цену, что она останется совсем без денег.
— Ладно, леди. За пятьдесят фунтов могу согласиться. Вообще-то я думал вам в Лондон, иначе бы не остановился, — он наконец разглядел, что эта женщина скорее всего кем-то избита, а темные пятна на ее лице — синяки и ссадины. И наряд ее был высшей степени странный.
— Хорошо. За пятьдесят. Одну минуту, заберу свои вещи, — миссис Барнс поспешила к кустам, подхватила мешок и вернулась к эрмимобилю.
Открыв заднюю дверь, баронесса устроилась на диване, порванном с дальнего края, втянула в салон мешок, который предательски брякнул металлом.
— Деньги вперед, леди, — хозяин эрмимобиля повернулся к ней в пол-оборота. — Не сочтите за излишнее недоверие, но знаете, пассажиры разные ночью попадаются.
— Да, сейчас, — Элиз открыла сумочку с фотоаппаратом, где хранились ее мизерное состояние, и вытащила две купюры.
— А что такое с вами случилось? Уж очень вы необычный пассажир, — полюбопытствовал мужчина с бакенбардами, смяв деньги в руке.
— Муж избил. Пьяный дурак! Урод! Подонок! — возмущение баронессы вышло более чем искренним. — Вещи свои кое-какие успела собрать и бегу от него. Мне нужно подальше убраться отсюда! И поскорее! Он у меня просто сумасшедший.
— Да вы успокойтесь! Уже едем, — он глянул на пассажирку в зеркало, постепенно ускоряя ход «Mark Sykes». — Куда вам в Портсмуте?
Вот этот вопрос миссис Барнс не успела продумать до конца. Она точно знала, что ей ни в коем случае нельзя возвращаться в Лондон — там ее сразу найдут. А также ей нельзя выходить на связь через эйхос. Портсмут она выбрала потому, что этот город был ближайшим, откуда можно улететь на рейсовой вимане подальше с Британских островов, хотя бы в Париж или Амстердам. Лучше Амстердам, оттуда уже проще добраться до Москвы. Говорят, там можно даже без документов.
— А вы хорошо знаете Портсмут? — спросила Элизабет, понемногу успокаиваясь и согреваясь — как раз позади нее как раз находился паровой генератор, пыхтевший и периодически издававший шипение.