На лестнице едва не столкнулся с двумя полицейским, поднимавшимися по лестнице с тяжелыми штурмовыми щитами, в броне класса ЗТ-5. За ними робко поглядывая вверх следовало трое пожарных с ранцами пламегасителей.
— На втором вроде нападавших нет, но проверьте! — бросил я полицейским. — Покои графини по коридору справа — там осторожней. То, что в паутине — не трогать! — у первого пожарного спросил: — Целители спасения где?
— Ваше си-сиятельство, — заикаясь ответил он, внизу всего одна бригада. — Двоих жи-живых забрали. В-в-выносят трупы. На-наверх их пока не пускаем.
Трупы!.. Очень хреновое слово, тем более, когда речь о твоем родном доме. Да, я знаю цену смерти, и знаю, что жизнь — это просто игра. По большому счету — счету Вечности, в самой жизни нет ничего серьезного. Все эти жизни и смерти не более, чем песчинки в гигантских песочных часах, падающие из верхней колбы в нижнюю, чтобы снова и снова повторять заданный цикл. Но я играю в эту жизнь по-настоящему: душой и всем сердцем. Вот сейчас мое сердце сжал холодок, закололо в нем морозными иглами. Трупы… Кто окажется среди этих трупов? Денис с ребятами охраны? Люди Варшавского? Не дай боги, наш дворецкий или Ксения — я знал, что она оставалась на ночь!
Хотя Майклу требовалась срочная помощь, мои ноги стати будто ватными от мыслей о близких мне людях, которых я мог потерять в эту ночь. Боги, а ведь я мог уговорить Ковалевскую заночевать у меня! В какой-то момент Ольга была близка к тому, чтобы согласиться! Что бы было тогда⁈
Сбежав по лестнице, я нашел взглядом в дыму кого-то в голубом комбинезоне службы спасения. Всполохи красных мигалок отражались на его форме. Оттесняя с прохода нерасторопного пожарного, подскочил к спасателю и крикнул:
— Прошу на второй этаж! По коридору направо, помещения справа! Там человек с тяжелым ранением в живот! — мой голос сливался с шипением пожарных пламегасителей и воем еще одной приближавшийся сирены.
Со стороны кухни, переступая обломки шкафов и стенных панелей появилось двое с носилками. Я подбежал к ним, увидел скорчившегося на носилках Антона Максимовича. Старик был без сознания или уже мертв — это я не стал уточнять. По-прежнему время имело ценность, пусть уже не такую высокую как во время боя. Сейчас требовалось разобраться с хоррагами, чтобы они снова не наделали беды.
Возвращаясь к лестнице, обратил внимание на простенок рядом с тумбочкой дворецкого — он был изрешечен пулями, кое-где торчали черные стержни дротиков. Видно, парни Дениса отстреливались как могли, не понимая, что воюют с астральными сущностями. Может и понимая, но иного способа у них противостоять не было, как не было и понимания принципов борьбы с призванными и потусторонними тварями. А как же маг-универсал Ахмет Сабиров? Будто в ответ на мой вопрос, я сначала почувствовал, а потом увидел его обгоревшее тело под остатками оконной рамы. Нападавшие действовали грамотно и, полагаю, его убрали первым. Неясным оставалось лишь почему Сабиров поменялся с Гурьевым местами. Ведь я лично ставил Ахмета на второй этаж. Наверное, ответ на этот вопрос уже не даст никто.