Бабский тут же произнес тост в мою честь, воспользовавшись чайной чашкой.
— А ты не такой уж безнадежный, — хмыкнула Бондарева. — Можно даже сказать, что это похоже на заботу о доверенных тебе людях.
Я оставил без внимания ее слова и, зная, что Арти задержится не менее как до полудня у Перуна, спросил:
— Никто не знает, где Афина?
— Наверное, снова полетела за газетами, — Бабский захохотал и чуть не подавился чаем.
— Как появится, дайте мне знать, — сказал я и приступил к запоздалому завтраку.
— Может уделишь мне все-таки внимания? — тихо произнесла штабс-капитан, когда Элизабет и Майкл вышли из-за стола.
— Да, Наташ. Есть какие-то вопросы? — надкусив сладкую булочку, я придвинул ближе чашку кофе.
— Вопросы есть… — она помолчала недолго. — Мне обидно, что в Лондоне ты все время вертелся возле меня, а теперь будто меня не замечаешь.
— Наташ, вопрос вообще надуманный. Позавчера была основная часть нашей операции — резвились в замке, а потом уже здесь зализывали раны — согласись было не до этого. А вчера был визит к Гере со всем вытекающим, — я глотнул кофе и положил руку Бондаревой на колено. — Сама понимаешь, времени не было.
— Было у тебя время. Тем более вчера, времени было хоть отбавляй. Весь вечер где-то прогуливался, мог бы и меня взять, — она не стала убирать мою руку, даже погладила ее.
— Пойдем прогуляемся сейчас. Согласна? — я задрал ей юбку с вожделением ощущая гладкую, нежную кожу ее бедра.
— Попроси хорошо. Так, чтобы я почувствовала, что ты этого на самом деле хочешь, — она усмехнулась, утреннее солнце играло в ее глазах зеленоватым отблеском.
— Прошу хорошо. Очень прошу, пойдем? — моя рука полезла выше и проявила такую наглость, которую пока еще не допускала в отношении Натальи Петровны.
— Так сильно меня хочешь, да? — баронесса не сопротивлялась, даже придвинулась ко мне.
— Да! — не выдержал я, и понял, что кофе точно не смогу допить.
Встал, схватил Наташу за руку и потянул за собой.
— Скромнее, корнет! — возмутилась она, но все же пошла за мной к ближайшему выходу с террасы.
— О, граф Гилфорд с супругой? — рассмеялся Бабский, встретив нас на лестнице. — Это куда вы собрались? Никак в лес по грибы?
Я ему не ответил, Бондарева одарила поручика колючим взглядом.
— Да не волнуйтесь так, Наталья Петровна! Рыкову я ни слова не скажу! — бросил Бабский нам в след.
По пути от дворца Наташа сначала пыталась вернуться к разговору о наших странных отношениях, но я от него увиливал — не хотелось снова столкнуться с ее капризами и странными суждениями. Когда же дворец Небесной Охотницы скрылся за деревьями и тропа свернула к старому святилищу с источником, я подхватил Бондареву на руки и понес туда. Там, возле темного от времени алтаря опустил ее на мягкую траву.