И вот, после изнурительного и продолжительного пути без привалов Айрин поднимается на небольшую вершину предпоследнего островка и смотрит вдаль. Тут и небо багровеет, предвещая рассвет. Ракурс великолепный, фигурку так шикарно обтянул акваланг, что залюбовался. И даже кое–как взобрался, чтоб сзади обнять.
Только лапы потянул, авось меня, как мурену не высушит.
— Смотри! — Кричит радостная вперёд ещё подавшись. — Крис! Мы ещё держимся.
На землю мне тычет обширную, что впереди. С высокими берегами и небольшими пляжами, вершинами, уходящими в туман. Судя по огням, там целый город. На воде и пирсы есть, и корабли парусные. А ещё башни, много башен. И массивных из камня, и тоненьких, вероятно, из дерева. Будто там некий, очень серьёзный рубеж.
Обнять подружку не успел, поскакала дальше. И понял я, что она не сильно–то и устала, будто не девушка вовсе, а робот. Это у меня уже ноги не идут. А она по дороге жизненную энергию всякой живности ест и только бодрится.
Ещё островок переползли и дальше снова в море. Уже в привычном стиле побарахтались вплавь. Километра три береговой линии. Плыву за девушкой, и в заднице зудит, чую, будто что–то плещется то слева, то справа. Волны ощущаются излишние.
— Быстрее! Шевелись, Крис! — Слышу от Айлин беспокойное уже к концу пути.
Спина синяя в воде мелькнула сбоку! Плавник акулий!!
Нахер, нахер! Врубил турбину, подхватил подругу, и как на моторной лодке, пошёл рассекать.
Колокол с частыми ударами стал доноситься. Метров за сто до берега стрелы в нас полетели несмело! Стал маневрировать, как на водном мотоцикле, рассекая Айлин, как кием. Забегал народ по берегу, как муравьи. За обычными стрелами синие полетели уже точнее!! Дальше интереснее! Кассетный агрегат по нам залп дал, зацепив меня, но не пробив. Забарабанило по броне! Не успел и глазом моргнуть, ещё два раза плюнул, перещёлкнувшись. Уношусь с сектора обстрела!
На пологий берег рванул, избегая града стрел. А там на меня сразу два гигантских арбалета посмотрело заряженных! Вылетело бревно и чуть в башку не попало, успел уклониться. Айлин ругается на своём, на женском, водицу хлебая. А я об волну бьюсь, которую вызвало второе бревно.
Выскакиваю на берег, бросая носом на песок подругу и впереди неё встаю со щитом, по которому через секунду уже барабанит.
— Свои!! — Кричу. Но этим плевать, долбят по щиту уже копьями. Толпы баб в доспехах золотых, как римские легионеры, с флангов заходят, угрожая нашпиговать с других секторов обстрела. Гремят мелкими листами доспехов и трясут хвостами синими да оранжевыми на шлемах.