Виктор
К поместью мы прибыли, когда было уже совсем темно. Шум копыт и ржание лошадей привлекли внимание прислуги, и к нам навстречу вышел один из стражников дома Фиано.
— Это барон Виктор Гросс! — громогласно объявил я. — Откройте!
Времени надевать полный доспех не было, так что я ограничился только шлемом, передней частью нагрудника и латными перчатками. Достаточный комплект, чтобы вести бой. Сражения стали частью моей жизни и это было первое, о чем я вообще думал, вставая с кровати: придется мне сегодня надевать броню или нет.
Мы прождали около пяти минут, после чего глухие ворота отворились, а нас встретил секретарь и несколько стражников. Граф, как я понял, до общения со мной снизойти не пожелал. Впрочем, не слишком и хотелось, его помощника было вполне достаточно.
— Зачем вы явились в ночи? — спросил секретарь.
Днем я его не успел нормально рассмотреть. Немолодой, худощавый, среднего для местных роста. Ничего примечательного.
— Мы вернулись за личной служанкой леди Эрен, — ответил за меня Ларс. — Девушка по имени Лили, она прислуживала нашей леди и мы хотим, чтобы она отправилась с ней на север.
— Хотите, значит…
— Она крепостная? — прямо спросил я. — Это тоже можно решить.
Секретарь сверкнул на меня глазами, но его встретило опущенное забрало, поднимать которое я не планировал.
Вопрос это был не простой, а с подковыркой. Врать про статус вольного человека было преступлением, ведь крепостные в правах не слишком отличались от рабов. Другое дело — вольный люд, а ограничивать свободного человека — преступление против государства, за этим король Эдуард следил зорко, потому что вольные были основной поддерживающей монарха силой среди простолюдинов.
— Вольнонаемная, — сквозь зубы ответил секретарь.
— Тогда я хочу поговорить с девушкой, — сказал я, спешиваясь с коня и подходя к мужчине почти вплотную. — Мы выкупим контракт и заплатим неустойку.
Не зря я не вылезал из седла днем, иначе эффект был бы совершенно не тот. Пока человек верхом, оценить его рост бывает проблематично. А вот так, нависая над мужчиной и стражниками, которые были минимум на голову меня ниже, я создавал эффект подавляющего присутствия. Через прорези в забрале я даже смог заметить, как один из бойцов опасливо покосился на ножны моего бастарда, которые я аккуратно придерживал левой рукой. Такие длинные мечи обычно носили параллельно земле, я же лишь наклонял рукоять, чтобы кончик ножен не цеплял землю. А еще из такой позиции его было удобно выхватить одной рукой и рубануть наотмашь перед собой по дуге, создавая дистанцию. Или снося пару дурных голов, как в самурайском кино.