Первое время, пока я не привык к незнакомой речи и обстановке, за мной наблюдалось много странностей, но лишних вопросов подчиненные мне не задавали. Или боялись крутого нрава реального Виктора Гросса, или же списали всё на травму головы, которую их командир получил накануне своего странного преображения, и которая, скорее всего, открыла мне дорогу в этот мир.
Впрочем, моя радость была не слишком долгой. Выяснилось, что мой предшественник занимал позицию командира не за счет лидерских или командирских навыков, а исключительно по причине чудовищной по местным меркам физической силы. Метр девяносто и больше ста кило сухого мяса дома, и здесь, в средневековом мире — две большие разницы. У Гросса просто не было противников, а любые конфликты он решал с помощью тяжелого кулака или не менее тяжелого меча-бастарда.
Но мне как-то удалось выжить в условиях боевых действий, в первую очередь, конечно, включив голову и вспомнив все, что я знал о тактике и маневрировании. Хотя в армии угодил я в стройбат, мы в основном копали отсюда и до обеда, катали квадратное и таскали круглое, но даже в таких войсках кое-какие знания в мою голову вбить успели. И, как любил повторять наш старшина: «Снабжение и тылы — это всё!».
Собственно, наш отряд этим и занялся — работой, за которую никто из аристократов не хотел браться, потому что она была ниже их достоинства.
Мы разбили форт, накопали укреплений и занялись войной в некоем подобии римского стиля, что принесло внезапные плоды. Наш лагерь быстро стал точкой опоры для других отрядов, которые обычно таскались от ближайшего крупного села в одном дне пути. Уже к середине осени, когда вести боевые действия стало совершенно невозможно из-за надвигающихся холодов, мы почти без потерь откатились на юг, в обитаемые земли. И хоть участвовавшая в рейдах знать под штандартами объединенных королевских войск презрительно отзывалась о нас, как о трусливых землекопах, вклад небольшого отряда был замечен. Мне пожаловали низший баронский титул, надел земли совсем недалеко от северной границы, и по-быстрому заочно женили на внебрачной дочери какого-то провинциального графа.
Собственно, сейчас я, не смея сопротивляться воле местного монарха, и направлялся с несколькими своими бойцами за внезапно появившейся у меня женой.
— Ставлю десять серебряных, что она будет страшная, как ночной кошмар, — опять завел старую шарманку мой второй заместитель по имени Ларс.
Умелый воин, это был крепкий парень среднего роста, и все бы было в нем отлично, если бы не его мерзкий язык. Ларс был еще то трепло, из-за чего нам постоянно приходилось вытаскивать его из потасовок в кабаках или даже на рыночных площадях, ведь за словом в карман этот малый не лез. Он умудрялся даже зацепиться языками с солдатами королевской армии, из-за чего во время боев на севере я всерьез опасался, что как-нибудь утром обнаружу его где-нибудь под кустом с перерезанной глоткой.